(no subject)

Машка пришла с обществознания. Рассказывали про семью, про родителей и детей, про отношения между членами семьи. Учительница говорила о браке, о том, что брак должен быть по любви, рассказывала о муже, отговаривала от гражданских браков. Говорила, что Европа сошла с ума. В тетрадях записывали определения, расшифровку терминов. Надо было написать, что семья — это союз мужчины и женщины, решивших жить вместе, вести совместное хозяйство и т.д. Машка написала «союз двух людей». Мне сказала, что не смогла бы написать по-другому, зная, что есть и другие семьи, которые тоже любят друг друга и ведут совместное хозяйство и счастливы вместе.

Увы, Татьяна не дитя… (с)

Машка читает «Евгения Онегина». Современное поколение смотрит на все свежим, незамутненным взглядом. Им не смогли вдолбить, что Пушкин — наше все, они не обременены пафосностью момента. Уже прочитана «Ромео и Джульетта», уже посмотрена масса фильмов о подростковой любви. Машка сидит дома и пишет мне смски.

«Он что? Переспал с тринадцатилетней девушкой?»

«Он что? Переспал с тринадцатилетней девушкой?» получаю я послание в метро, когда поезд намертво встает на Тимирязевской. В ходе дальнейшей переписки выясняется, что Татьяна какая-то скучная, хотя письмо написала хорошее, а вот Онегин — милый. К мысли о том, что на свидании что-то случилось, навело странное поведение Татьяны после.

Увы, Татьяна увядает,
Бледнеет, гаснет и молчит!
Ничто ее не занимает,
Ее души не шевелит.
Качая важно головою,
Соседи шепчут меж собою:
Пора, пора бы замуж ей!..

Ну чем не страдания девчонки, которая по глупости с кем-то переспала. О вольностях так же говорит строфа

Имеет сельская свобода
Свои счастливые права,
Как и надменная Москва.

Сейчас, наверное, чудно, что под свободой понималась прогулка девушки с молодым человеком без сопровождения. Вот у Джульетты все закончилось гораздо свободнее, чем прогулка под ручку в вечеру.

Так как мы с Лешкой задерживались на совершенно неопределенное время, и не могли объяснить Машке, что случилось в метро, потому что сами не знали, то я предложила ей «посмотреть в гугле». Машка заодно с новостями в метро посмотрела в гугле еще и то, что же случилось на свидании Онегина и Татьяны. Чат предложил весь диапазон современного восприятия действительности. Во-первых, мнения разделились — переспали или нет. Ясности не было. Тут Машка еще пожаловалась на трудность воспринимать стихотворный текст. А у тех, кто считал, что не переспал, мнения разошлись в том гей ли Онегин, или нет.

Вот ничего не изменилось со времен Пушкина

Хотя людей недоброхотство
В нем не щадило ничего:
Враги его, друзья его
(Что, может быть, одно и то же)
Его честили так и сяк.
Врагов имеет в мире всяк,
Но от друзей спаси нас, боже!

Если у нас примут-таки закон о геях, «Онегина» точно запретят. Он по всем пунктам попадает.

Ночи безумные…

Лето — время романсов и романов…

Петр Чайковский называл Алексея Апухтина Лелей, они знали друг друга почти всю жизнь…

(no subject)

В конце 1971 года, через два года после бунтов Stonewall в Нью-Йорке начались новые волнения за права геев в Америке.

Вот и я думаю, кому какое дело…

Из журнала
http://katia-lexx.livejournal.com/1212333.html?view=24432557#t24432557

под лаской плюшевого пледа

Одно из прекраснейших стихотворений о любви одна женщина посвятила другой женщине…

23 октября 1914 года Марина Цветаева написала его Софье Парнок… И еще до этого

Скажу прости,
За то, что Вас — хоть разорвись над гробом!
Уж не спасти!

За эту дрожь, за то—что — неужели
Мне снится сон? —
За эту ироническую прелесть,
Что Вы — не он.

16 октября 1914

Они совсем нестрашные

Неделя против гомофобии (англ. Week Against Homophobia) — ежегодная акция, впервые прошедшая в рамках кампании Совета Европы «Все различны — все равны» (англ. «All Different — All Equal»).
Впервые акция прошла в рамках кампании Совета Европы «Все различны — все равны» в первых числах марта 2007 года, центральные события которой проходили в Варшаве. А с 26 по 31 марта 2007 года акция прошла в России и тоже стала ежегодной.
Сейчас как раз такая неделя. Поэтому звучит именно это танго.

На самом деле стоит задуматься, почему это вдруг поднялась такая волна борьбы с геями и лесбиянками. Что-то они раньше-то никому не мешали. Мы повернули вспять к Советскому Союзу? Демократия закончилась? Будем теперь на партсобраниях разбираться кто с кем спит? Кто следующий — вот главный вопрос.

(no subject)

Форстер в 1960-м году писал в послесловии к «Морису»:
И в заключение несколько слов о том, что до сих пор не называлось по имени. В нашей стране с той поры, как был написан «Морис», настроения общества претерпели перемены — от неведения и ужаса до сочувствия и симпатии. Но не ради таких перемен трудился Эдуард Карпентер. Он надеялся на великодушное признание этого чувства. И я, хоть у меня было гораздо меньше оптимизма, полагал, что вслед за узнаванием придет понимание. Мы так и не осмыслили, что общество испытывает отвращение не к тому, что непосредственно стоит за словом «гомосексуальность», а к необходимости думать об этом. Если бы явление вошло в нашу среду незаметно — например, в один прекрасный день было бы легализовано указом, набранным мелким шрифтом,— то протестов было бы куда меньше. К сожалению, легализовать это может только парламент, а члены парламента вынуждены думать или делать вид, что они думают. Следовательно, рекомендации Вулфендена будут без конца отвергаться, полицейское преследование продолжится, и Клайвы в креслах судей будут и впредь приговаривать Алеков, сидящих на скамье подсудимых.
Сентябрь I960 г.

Наше общество стоит еще ниже, чем стояла Англия в 1960-м году. А пока во власти будут безнаказанно высказываться такие как Чаплин, у хороших людей не будет права даже на здравый смысл, не то что на справедливость.

Что пил Кавафис

Машка пришла как-то с конкурса чтецов. Она читала Ахматову «Сжала руки под темной вуалью» — ее выбор, ее настроение. На конкурсе, конечно, не оценили ни выбора, ни настроения. Машка пришла злая, долго фыркала, потом сказала: «Ну ладно же. В следующий раз Кавафиса прочту. «Хочу вина!»»

Так вот, возвращаясь к вопросу, что же пил Кавафис,
привожу отрывок из статьи о Э.М.Форстере Андрея Куприна:

В Александрии Форстер посещает салон Кавафиса, греческого поэта, которого высоко ставил Оден и многие другие ценители, но который до сих пор мало известен нашему читателю. Дом Кавафиса был открыт для друзей ежедневно с пяти до семи вечера. Гостям предлагалось два сорта виски и интеллектуальное общение. Кавафис с его своеобразной поэтикой гомосексуальности произвел большое впечатление на Форстера, сделавшего все, чтобы стихи александрийского гения появились в английских переводах. Заметим, что в ответ Кавафис даже не удосужился прочитать произведения Форстера. Впрочем, у Кавафиса был хороший вкус, но дурной характер.

Кстати Оден на русском вышел. Может, Машке Одена подсунуть…

Пока не началось. Или уже началось?

Константинос Кавафис Двое юношей, лет 23-24

Он с полдесятого сидел в кофейне
и ждал того, другого: скоро явится.
Настала полночь — он все ждал и ждал.
Уж полвторого; никого почти
в кофейне опустевшей не осталось.
Что за тоска — сидеть, уставившись в газету,
в одну и ту же строчку. Жалкие три шиллинга
в кармане были — а теперь всего один:
чтобы в кофейне оставаться, приходилось
заказывать то кофе, то коньяк.
Все сигареты выкурил давно.
Как изнурительно пустое ожиданье.
От многочасового одиночества
одолевают тягостные мысли
о пустоте бессмысленной, распутной жизни.

Но вот явился друг — и все прошло:
усталость, скука, горькие раздумья.

Какая неожиданная радость:
он шестьдесят сегодня фунтов в карты выиграл.

Пленительная юность, красота обоих
и нежная взаимная любовь —
все ожило, взыграло, засияло.
Подумать только, целых шестьдесят.

И радостные, бодрые, влюбленные,
они пошли — но не домой, к почтенным
своим семействам (где их, впрочем, и не ждали),
а в хорошо знакомый дом разврата,
особый дом; и заказали спальню,
и заказали дорогие вина.

И пили в спальне дорогие вина,
и наконец, под утро, к четырем часам
блаженно предались любви.

Перевод Е.Смагиной

Хочу кинофильм посмотреть «Выходные» в сообществе Другое кино его очень хвалят «Всё, что вы хотели знать о геях, но боялись спросить»

Надо пользоваться случаем, пока закон «Об административных правонарушениях» не вступил в силу. Там же в статьей о штрафах за «публичные действия, направленные на пропаганду мужеложства, лесбиянства, бисексуализма, трансгендерности среди несовершеннолетних» предлагается установить за пропаганду штраф в размере от одной до трех тысяч рублей для частных лиц, от трех до пяти тысяч для должностных и от 10 до 50 тысяч для юридических.

Сразу вспоминается Довлатов:

— А у нас за гомосексуализм сажают.
— А за геморрой у вас не сажают?

В ВОСКРЕСЕНЬЕ в 23.00 на НТВ должна выйти программа «НТВшники» об этом законопроекте. Участвуют директор ЛГБТ-организации «Выход» Игорь Кочетков, представители «родительского клуба» (проект «Выхода»). Должны были быть Лолита, Ж. Отто, С. Галкин (Квир). Из оппонентов — Бабич (лично), Милонов (телемост из Питера), депутат Макаров, священник.