Александрия (Египет)

Хочу туда. Все еще хочу. Не в Париж, не в Нью-Йорк. Я просто хочу добраться до Александрии.

Оригинал взят у в Александрия (Египет)

Если у меня спросят, какой египетский город мне больше всего понравился, то уверенно назову Александрию. По большому счету, в Египте красивых городов попросту нет, хаотическая застройка вкупе с нищетой не оставили шанса для эстетики. Есть исторические памятники окруженные ужасающими трущобами и есть немного колониальной архитектуры в Каире, Александрии и совсем чуть-чуть в Порт-Саиде. Это вам не Париж и не Лондон, где можно просто гулять по улицам наслаждаясь шедеврами городской архитектуры. Но Александрия — исключения из правил, это единственный египетский город, да еще и приморский, где можно именно что гулять и получать удовольствие не от точечных достопримечательностей, а от города в целом.

Cейчас немногие вспомнят, что в 19 веке Александрия была одним из крупнейших в мире(!) портовых городов, в сравнении с которым Гамбург, Ливерпуль и Нью-Йорк нервно курили. Более того, это был еще одним из главных торговых центров Ближнего Востока в виду близости к Суэцкому каналу. И это был самый "европейский" город Ближнего Востока и Северной Африки. К концу Второй мировой войны в Александрии одних только греков проживало более 300 тысяч человек, около 100 тысяч англичан, 50 тысяч евреев и еще около сотни тысяч французов, итальянцев, турков и других. Всей этой благодати пришел конец в 1952 году с приходом к власти Гамаль Абдель Насера и его политикой национализации (проще говоря, грабежу) всего принадлежавшего европейцам бизнеса и имущества. Грабеж сопровождался еще и актами насилия, цель которого — изгнать "империалистов" из Египта.

Европейцы пытались сопротивляться, даже организовали в 1956 году полномасштабную войну против Египта с участием Израиля. Речь шла о национализации Насером Суэцкого канала, которым владели англичане с французами. Потерять столь важный транспортный узел не входило в их планы. Впрочем, победив на поле брани (пока британцы с французами бомбили египетские города и аэродромы, израильская армия захватила Синай), Насер войну выиграл на дипломатическом поприще не без помощи СССР. Синай вернулся Египту, а англичане с французами были вынуждены признать потерю Суэцкого канала. Это был окончательный конец европейской эпохе в Египте. Буквально за пять лет 90% европейцев покинули страну, а к 1962 году уехали практически все. 

Вам все это не напоминает Южную Родезию (ныне Зимбабве), откуда тоже выгнали все белое население? Гляньте эту ссылку, там мой отчет из Зимбабве. 

Сегодня все еще можно ощутить ауру той, старой Александрии, по которой прогуливались степенные господа в цилиндрах и с тросточками, увидеть увядающую колониальную архитектуру, заглянуть в некогда колоритные европейские клубы по интересам, сегодня превратившиеся в чайханы —

Отдельного интереса заслуживают александрийские двухэтажные трамваи —

Кстати, не менее интересный отчет есть про каирские трамваи, точнее говоря, там в том числе и о трамваях, а больше о малоизвестных "интересностях" египетской столицы. 

Почти весь таксопарк города состоит из жёлтых Жигулей —

Крепость Кейт-Бей —

Мало впечатляющие римские развалины, которые заинтересуют скорее археологов, чем любителей, но они есть —

Кстати, раз уж зашел разговор о Суэцком канале, то хочу напомнить, что на этой неделе дежурю в сообществе и там размещен мой пост непосредственно про Суэцкий канал

Сообщество «Александрийский квартет»

Год назад хотелось тепла, Египта и хорошей литературы. Именно поэтому я ввязалась в перевод «Александрийского квартета». Египет тогда начала сотрясать революция, которая не перестает баламутить страну до сих пор. Перевод я забросила, но сегодня решила к нему вернуться, потому что тепла опять хочется, хочется писать, а «Александрийский квартет» — это как раз то, что хочется писать. Итак, мы продолжаем

http://alexandria-four.livejournal.com/15850.html

То, как описына влюбленность почерком Жюстин в тетрадке, которую Дарли увез с собой из дома Нессима. Как раз ко вчерашнему дню, в который все в той или иной степени задумываются о влюбленности.

(no subject)

Гений не делает ошибок. Его промахи — преднамеренные. (Джеймс Джойс)

Теперь я знаю, откуда Даррелловское послесловие к «Бунту Афродиты»: «Внимательные читатели различат встречающиеся кое-где в тексте странные отголоски «Александрийского квартета» и даже «Черной книги»; это не автоповторы, это сделано с умыслом (преднамеренно).»

Что и говорить, Ларри всегда считал себя гением 🙂

(no subject)

«Начну потихоньку,» — подумала я, усаживаясь за перевод «Александрийского квартета». Давно не переводила, возьму два абзаца, а в следующий раз уже побольше. А там столько всего интересного, что мне за каждое слово приходилось цепляться. Там и Александр Македонский, и Платон и жена фараона Вероника. Смотрите сами
http://alexandria-four.livejournal.com/12453.html

Об огрехах, опечатках, помарках и грамматических ошибках пишите сюда, буду исправлять 🙂

(no subject)

Пока я разобралась, что к чему, наступил вечер. Сегодня получилось два поста для Александрийского квартета. Один мой перевод и комментарии http://community.livejournal.com/alexandria_four/10149.html
и другой английский текст http://community.livejournal.com/alexandria_four/10382.html.
Не знаю, как быть. То ли убирать комментарии в другой пост, то ли английский вариант. Как лучше?

Канопская дорога

Есть в мире улицы, которые не могут стереть ни люди, ни время.
Канопскую улицу в Александрии Египетской начертил когда-то на песке египетской деревушки Рхакотис сам Александр Великий. По бокам он разложил попавшиеся под руку ячменные зернышки — они показывали места будущих прекрасных храмов. А дело было так.

«Рассказывают, например, что, захватив Египет, Александр хотел основать там большой, многолюдный греческий город и дать ему свое имя. По совету зодчих он было уже отвел и огородил место для будущего города, но ночью увидел удивительный сон. Ему приснилось, что почтенный старец с седыми волосами, встав возле него, прочел следующие стихи:

на море шумно-широком находится остров, лежащий
против Египта; его именуют нам жители Фарос.»

(Плутарх «Александр»)

Александр решил, что ему приснился Гомер, который подсказал ему точное место для постройки славного города. Он тотчас направился искать этот остров. Место было прекрасно и подходило для города, задуманного Александром. «То была полоса земли, подобная довольно широкому перешейку, она отделяла обширное озеро от моря, которое как раз в этом месте образует большую удобную гавань.» Нарисовав на земле планировку города, Плутарх утверждает, что будущие улицы были высыпаны ячменной мукой, так как под рукой у Александра и зодчих не оказалось мела.

«Царь был доволен планировкой, но вдруг, подобно туче, с озера и с реки налетели бесчисленное множество больших и маленьких птиц, различных пород и склевало всю муку.» (Плутарх «Александр»)

Александр был встревожен, но предсказатели растолковали этот знак, как доброе предзнаменование: «Основанный им город, будет процветать и кормить людей самых различных стран».

Александрия строилась без Александра. Его принесет сюда верный полководец Птолемей, чтобы похоронить на улице, когда-то прочерченной на песке рукою Великого императора. Птолемей похоронит своего командира на пересечении Канопской улицы, и улицы, идущей от Островного дворца к Озерной гавани, а сам провозгласит себя властителем Египта и правителем Александрии.

Александрия, писал Форестер в статье «Александрия виньетки: между Солнцем и Луной» (март 1918), была «городом души». Canopic Way (Канопская дорога), начиналась на востоке от ворот Солнца (муниципальные сады) и пересекая весь город, достигала Западного Залива. «Здесь стояли ворота Луны, чтобы закрыть собой то, что начинало Солнце». Canopic way «представляла собой череду сцен истинного чрезвычайного великолепия… Улица на всем протяжении была обрамлена мрамором колоннад, как это было и на Рю Неби Даниэль, и точка их пересечения (где теперь один стоит в безнадежном ожидании трамвай) была одним из самых славных перекрестков древнего мира… Там (под мечетью Наби Даниила) — тело Александра Великого. Там он лежит, облаченный в золото и положенный в стеклянный саркофаг. И слава эта ощущается в дороге: выравненной Rue Rosette. Христиане и арабы разрушили до основания эту славу, но они не смогли бы разрушить направления дороги».

Рю Неби Даниэль (Улица Пророка Даниила) называлась когда-то Улица Сома (Гробница).

Это аэрофотосъемка Александрии после Первой мировой войны (ок.1922 — год написания Форестером книги «Александрия: история и путеводитель»). На фото хорошо видно, как современный город следует контурам старого. Улица в центре — Птолемеевская Canopic Way, которая при Форестере носит называние — Рю Розет, а при Даррелле — Рю Фуад (переименована в 1922 году). На переднем плане фотографии видны муниципальные сады, которые следуют кривой арабских стен. Между Рю Фуад и кривой садов направо — Греческий квартал. Часть христианских и еврейских могил можно увидеть в нижнем правом углу фотографии.

Город цвел, город жил, город развивался, город приходил в упадок, ветшал, войны и зависть не пощадили его, землетрясения унесли в море дворцы и прекрасный Фаросский маяк, христиане сожгли храм Сераписа и библиотеки. Когда при турках Муххамед Али стал восстанавливать Александрию, Канопская улица опять протянулась от Востока к Западу через весь прекрасный город. Рю Розетт, так теперь звалась славная улица Птолемеев. Она вела в город Розетт, где в 1799 году был найдет Розетский камень.

В 1922 году султан Фуад принимает титул короля и улица получает название Рю Фуад. Такой ее помнит Даррелл.

Сейчас это улица Шария Хоррия. (Улица Свободы)

Мне понравились слова современного путеводителя. В разделе «Ориентиры, карты и названия улиц» читаем: «В отличие от Каира центральной Александри еще только предстоит быть правильно нанесенной на карту… Названия улиц также являются проблемой, поскольку указатели на улицах не всегда свопадают с последним официальным или популярным названием улицы (обычно отстают на одно переименование). Другие названия улиц просто переделаны на арабский манер: улица, площадь или шария и мидан, «Александр Великий» или «Искандер эль-Акбар». В центре города большинство указателей на французском и арабском языках, и люди, объясняя дорогу куда-либо, могут использовать любой вариант.»

Есть книги, которые нельзя читать быстро, чтобы прочесть и понять одну такую книгу, приходится учить историю, географию, литературу, изучать физику, автомобилестроение и психоанализ. Это я так «Александрийский квартет» читаю.

http://community.livejournal.com/alexandria_four/9159.html

Обещанный Кавафис

Константинос Кавафис родился в Александрии (Египет) в 1863 году и умер там же семьдесят лет спустя от рака горла. (Иосиф Бродский «На стороне Кавафиса»)

Трудно объять необъятное. Вряд ли я в одном посту смогу описать все, что хотелось бы рассказать о Константиносе Кавафисе.
Если говорят о литературной Александрии, то говорят о Кавафисе, Форестере, Даррелле. Двое из них англичане, и только Кавафис грек, который родился в Александрии, недолго жил в Англии и умер в Александрии.

Кавафис знал древнегреческий и новогреческий, латынь, арабский и французский языки; он читал Данте по-итальянски, а свои первые стихи написал по-английски. (Иосиф Бродский «На стороне Кавафиса»)

Работал Кавафис в Александрии клерком в Минестерстве общественных работ.

Надо сказать, что жил Кавафис над борделем, был гомосексуалистом, стихи писал о Александрии, однополой любви, истории, тоске и еще раз о любви. Может быть, поэтому в России его издавали и переводили с трудом. В примечаниях к статье Бродского есть такое предположение: «Другая трудность для переводчика: в современном русском языке нет стилистически нейтральных разговорных синонимов громоздким «гомосексуальный», «гетеросексуальный»; имеющиеся словечки принадлежат жаргонам и имеют пежоративный характер, в отличие от общеупотребительных в современном американском «gay-straight» (ср. неразработанность
терминологии для теории метафоры)». (Т.Цивьян)

На вопрос:
Where could I live better?

Кавафис отвечает:

Below, the brothel caters for the flesh. And there is the church which forgives sin. And there is the hospital where we die.

(На вопрос: «Где я мог жить лучше?»

Кавафис отвечает: «ниже есть — публичный дом, где обслуживают плоть. И есть церковь, которая прощает грех. И есть больница, где мы умираем.)

Наше любимое, всегда читаемое за столом вслух стихотворение принадлежит к разделу «Отвергнутых» стихов конца XIX века. Это было время, когда Греция пыталась перейти с громоздкого древнегреческого языка кафаревусы на новогреческий демотик (помните греков-демотов из русского перевода «Жюстин»?) Греков демотов не было, а вот новогреческий, разговорный язык демотик существовал. Кавафис писал стихи на демотике, переходя на кафаревусу только в качестве иронии. Когда в 1904 году он отдал для сборника «Поэтика» свои стихи, то 23 из них не прошли «контроль» и оказались в разряде «отвергнутых». Они были изданы отдельно, но только в 1910 году.

*Вакхическое
Устав от мира зыбкого, где все непостоянно,
я безмятежность и покой обрел на дне стакана.
В нем жизнь, надежда и мечта моя заключена;
хочу вина.

Прочь от невзгод, житейских бурь — подобно мореходу,
от гибнущего корабля уплыл я в непогоду,
и к мирной гавани ладью мою влечет волна.
Подай вина.

О ты, целебный жар вина! От хлада и озноба спасаешь ты.
Ни дрожь стыда, ни клевета, ни злоба,
ни ледяная ненависть мне больше не страшна.
Хочу вина.

Претит глядеть на истину, безрадостно нагую.
Я в новые миры вступил и жизнь вкусил другую,
привольная долина грез мне наяву видна.
Дай, дай вина!

Пусть гибель кроется в питье, пускай я пью отраву,
но кроме гибели найду и счастье, и отраду,
опять уверую в себя, мир обрету сполна.
Хочу вина!
1886
Перевод Е. Смагиной

Бродский «На стороне Кавафиса» http://lib.ru/BRODSKIJ/br_cavafy.txt

Надо сказать, что Бродский очень щепетильно относился к Кавафису, к его переводам, и к отношению к нему в России. Он сам переводил Кавафиса с английского, а когда ему «стало не хватать английского» стал изучать новогреческий. Он переживал, что стихи много теряют при переводах, обвинял в этом переводчиков, переписывал переводы Шмакова. Они называются теперь переводы Г.Шмакова под редакцией И.Бродского.

Мандельштам же обо всем этом писал (предвосхищая)

«Не искушай чужих наречий, но постарайся их забыть —
Ведь все равно ты не сумеешь стекла зубами укусить!

И в наказанье за гордыню, неисправимый звуколюб,
Получишь уксусную губку ты для изменнеческих губ.»

Хорошая статья Т.Цивьяна «Бродский и Кавафис» К сожалению, ее нет в интернете, и я не могу дать ссылку.

Песня муэдзина

Когда мы были в Египте первый раз, мы собирались поехать в Люксор. Для этого нужно было совершить подвиг: встать еще до рассвета и, дождавшись автобуса, поехать на нем за 4 часа от нашего места пребывания. Я встала рано и вышла на балкон, небо начинало розоветь, все было как будто нарисовано пастелью или нежной акварелью, ветер дул с моря, и тут я услышала голос муэзина. Хотя тогда я еще не знала, что это муэдзин, это уже мне потом Лешка рассказал. А тогда, на рассвете, над еще спящими пальмами лилась какая-то сладкая, манящая песня, мне так захотелось пойти туда, побыть рядом, просто посидеть. Не ждали меня там, конечно, женщин-то в мечеть не пускают, но этот голос муэдзина как в книге Даррелла «обвивал сладостными кольцами из слов, обещал незаслуженную и неожиданную милость, баюкал». Лучше Даррелла не скажешь.

http://community.livejournal.com/alexandria_four/7641.html

(no subject)

Обещала себе больше никогда не ругаться на переводчика «Александрийского квартета», потому как он единственный, и я должна быть ему благодарна, что благодаря ему прочитала эту книгу. Конечно, я прочитала ее благодаря Лешке, любви к Джеральду Дарреллу, Михаэлю Хаагу, старым фотографам Александрии (кого я еще забыла в своей пламенной, почти оскаровской речи?). Но сегодня я мечтала пойти и бросить томик «Жюстин» прямо ему в голову, а всему виной сосед Дарли по комнтате — незабвенный Жорж Гастон Помбаль, француз, любимец женщин и бесконечный жизнелюб. Как Михайлин мог обозвать его «слизнем цвета пергамента», когда у Даррелла написано: «Не is pegamoid sloth of man».

pegamoid — искусственная кожа, кожа, оболочка.
sloth — лень, праздность, ленивец

Я думаю бесконечный поток женщин всех возрастов, комплекций и родов занятий вряд ли тянулся бы к слизню цвета пергамента, дай Бог здоровья всем нашим переводчикам.

Целиком http://community.livejournal.com/alexandria_four/6031.html