Ай-яй-яй-яй

У каждого тот Бандерос, которого он заслужил, или мало ли в Испании Бандеросов. То, что мы летим в Испанию, стало ясно, как только мы сели в самолет. На сидении за нами сидел Бандерос. У него оказалась красавица жена и двое очаровательных детей: мальчик и девочка. Сначала мы с Лешкой его заметили, а потом и бортпроводница застыла около него, и восторженно так говорит: «Вы так похожи на Бандероса…» Так и летели, дети играли в айпад, девушки млели, Бандерос что-то читал. Было понятно, что про Бандероса ему слышать привычно, и ловить на себе сначала взгляды узнавания, или просто восторга тоже привычно.
Второй Бандерос встретил нас в Валенсии тарелкой паэльи. Это был хозяин и шеф-повар маленькой таверны под окнами нашего дома. Он говорил по-английски, и его жена этим ужасно гордилась. Как только возникали трудности с нами, она звала его и просила: «Скажите ему». Счет нам приносили не всегда, чаще всего Бандерос сидел за кассой и кричал нам оттуда сумму. Но паэлья, печеная курица и креветки были шикарные и по-бандеросовски великолепные.

И пусть настоящий Бандерос родился в Малаге (там, наверное, на каждой улице по Бандеросу), но Испания страна щедрая, и хватит на всех.

Эх, надо испанский учить.

Утро в Валенсии

Никогда не знаешь, кого можно встретить утром в Валенсии. Можно, например, идти навстречу моющей машине. Они в Валенсии маленькие с двумя крутящимися щетками и шампунем. И вот в этой малюсенькой машине будет сидеть кабальеро, который будет одной рукой держать руль, он будет огромный и во рту у него будет сигара. И у вас не будет сомнений, что это кабальеро, что он горд и доволен, вам захочется быть на его месте и каждое утро вот так объезжать свои владения на этой классной машинке, и захочется сигару. Но такого взгляда и такой осанки у вас все равно не будет, потому что надо родиться в Валенсии.
Можно пойти на центральный рынок — Меркаду. Там будет пахнуть хамоном, фруктами, покупатели будут мешать экскурсиям, а экскурсии вертеться под ногами у покупателей. Там будут осьминоги, морские гады и рыба. Будет шумно и чисто. Мы выходим из рынка и усаживаемся в кафе, чтобы поесть тостов с хамоном и помидорами. Лешка пьет кофе, а я заказываю черный чай. Черного чая в Валенсии не допросишься. тут есть зеленый, красный, есть кофе, вино, но «те негро» вызывает у официантов шоковое состояние, и они сначала приносят черный кофе, потом зеленый чай, и только потом черный.
Зато колготки (уж простите наболело) у женщин должны быть черные. Попробовала я выйти из дома в серых, я думала, что у меня что-то с ногами случилось, так на меня косились сеньоры и сеньориты. Вы можете идти в немыслимых шортах, в короткой юбке, в чем угодно, но колготки должны быть черные. Дама перед нами идет в стрингах, которые поднимаются чуть ли не к подмышкам, и на нее не обращают внимания, зато все возмущенно косятся на меня, потому что из под моей приличной юбки выглядывают бордовые колготки. А все потому, что стринги у нее черные, и колготки черные, и шорты, из которых они выглядывают тоже черные. А вот чай зеленый, или красный.

Так вот за соседним столиком сидит милейшая старушка. Время завтрака и мы наблюдаем как она допивает чашечку чая и доедает круассан, рядом стоит тележка, с которой она пришла на рынок. Потом мы приглядываемся и понимаем, что кроме чашечки и тарелочки с круассаном у нее стоят два опустошенных бокала красного вина. Ну что ж, неплохое начало утра.

«Вот сеньора дает!» — радуется Лешка. — «Не то, что та, у тебя за спиной. Она хоть кофе пьет. Ой, нет, это же виски двойной в стакане.» Я настраиваю телефон на селфи и наблюдаю за сеньорой лет восьмидесяти. В черной шляпе, черных очках и белом шарфе. Она курит и маленькими глотками попивает виски. 11 утра, прекрасная Валенсия. Дай Бог здоровья! Вот в чем секрет твоего долголетия.