Валенсия морская

Как бы там ни было, а Валенсия — город портовый и пляжный. Это совсем не ощущается, когда живешь в старой части Валенсии, но море совсем рядом, и мы решаем поехать на побережье на метро. Двух зайцев сразу: и море посмотрим, и метро освоим. В отличие от Мадридского метро, где надо знать конечную остановку и аппарат сам высчитывает сумму поездки (мы за четыре остановки по полтора евро выложили), в Валенсии надо знать зону. Мы катаемся внутри зоны А, поэтому платим за билет 4 евро. Вообще ничего себе поездочка на метро, и мы еще жалуемся, что у нас метро подорожало, а сами по всему городу за 50 рублей катаемся и пересаживаемся с ветки на ветку без проблем. Метро новое, красивое и удобное. Разобраться в нем легко. Последняя ветка к морю — наземная, как скоростной трамвай.
Прибрежная Валенсия против наших ожиданий совершенно не полна шикарных отелей. Море, огромный пляж, чистый, ровно раскатанный, можно гулять и не волноваться, что придешь с полными кедами песка, вдоль моря проминад с пальмами, все бегают и на великах катаются. В волнах прыгает молодежь. Честно говоря, я даже воды не потрогала. Но рядом с морем совсем по-другому дышится и осущается. А вот домишки совсем простые, старые, дешевые. Кварталы двухэтажных домов: дверь-балкон-окно. Нагулявшись по песочку идем вглубь кварталов. Это больше похоже на Египет или старый Бейрут. Полно детей, на улице сохнет белье. Из-за угла единственного многоэтажного дома выруливают две мамочки с колясками. Молоденькие девчонки идут домой прогулочным шагом. Одна из них оборачивается и, не увидев сынишку, кричит, или лучше поет: «Антониоооо!» Делает она это совсем не напрягая голоса и продолжает идти. Думаю, все Антонио в радиусе трех километров в этот момент повернули голову. Сам Антонио — мальчишка лет пяти в это время как раз прячется за углом дома. Он с другом, и прятаться от мам им явно нравится. Столько озорства в глазах я давно не видела.
Мы идем в поисках кафе, а чудо-голос продолжает звучать у нас в ушах. Наверное, прибрежная Валенсия так и запомниться нам с этим Антонио.
Маленькие домики сменяются многоэтажными домами получше, по всей прибрежной зоне скользят новые трамваи, и мы решаем ехать ужинать к дому.

Вот такая Валенсия

В среду утром мы решаемся наконец начать обход музеев. Осторожно, не все сразу. Накануне, гуляя под дождем, мы наткнулись на музей археологии, точнее наткнулись мы на бассейн с водой и долго размышляли фонтан это или просто дождевая вода не стекла в ливневку. Такая вероятность для Валенсии небывалая, ливневка там отменная и все стекает правильно и сразу, поэтому мы решили, что это бассейн. Присмотревшись мы поняли, что не все с ним просто. Сквозь воду были видны античные развалины. Уж тут нас не обманешь, Афины, Бейрут и Баальбек нас этому научили. Площадь располагалась сразу за кафедральным собором Валенсии, и неприметное современное здание оказалось музеем археологии. Вот туда мы утром и отправились. Вот это было потрясающе. Под площадью и частью дороги археологи расчистили бывшие бани, рынок, и часть монумента нимф. По всей территории раскопок проложен подиум и около каждого здания видео с объяснениями и компьютерной реконструкцией: было-стало-сейчас. А бассейн как раз располагается над термами и блики воды создают потрясающий эффект, как будто в резервуарах плещется вода, а если поднять голову, то средневековый храм Валенсии кажется призрачным миражом.

Вечером Лешка потерял телефон. Точнее мы-то не заметили, что он потерял телефон, кому нам там звонить, но вот вечером телефон зачем-то понадобился и его негде не было. Самый гениальный способ искать телефон — позвонить на него. Звоню. Тишина. Потом трубку поднимает девушка. Тут я понимаю, что я попала, потому что испанского-то я не знаю, мне можно хоть до завтра объяснять, где мы этот телефон оставили, а по-английски местные жители не говорят. Я отнимаю телефон от уха и говорю: «Леха, пипец, телефон-то мы потеряли». И тут же слышу в трубке обрывок фразы: «Кафе закрывается в девять…» Вот, думаю, я молодец, как я уже по-испански набазурилась понимать. Но ведь я не набазурилась, значит, какой-то сбой в программе определенно происходит. Я подвисаю, потом повторяю: «закрывается в девять» и понимаю, что говорю на родном языке и Леха меня определенно понимает. «Ага, говорю, спасибо». И мы бежим в кафе. Это хорошо, что мы в этот день только в одном кафе были, и оно недалеко от дома. Забегаем. Стоит девушка, черненькая, улыбается. Значит, правильное кафе. Лешка благодарит ее по-английски, по-испански, я говорю: «Спасибо». «Пожалуйста», — отвечает девушка. Тут уже у Лехи шок. На вопрос, говорит ли она по-русски девушка отвечает: «Тю-тю» — чуть-чуть. Оказывается она из Литвы. И правда, девушка не похожа на испанку — она высокая, ломкая и черты лица острые, а не мягкие как у испанок. Нам повезло. Поболтать некогда, ей надо закрывать кафе, мы успели вовремя.

Ай-яй-яй-яй

У каждого тот Бандерос, которого он заслужил, или мало ли в Испании Бандеросов. То, что мы летим в Испанию, стало ясно, как только мы сели в самолет. На сидении за нами сидел Бандерос. У него оказалась красавица жена и двое очаровательных детей: мальчик и девочка. Сначала мы с Лешкой его заметили, а потом и бортпроводница застыла около него, и восторженно так говорит: «Вы так похожи на Бандероса…» Так и летели, дети играли в айпад, девушки млели, Бандерос что-то читал. Было понятно, что про Бандероса ему слышать привычно, и ловить на себе сначала взгляды узнавания, или просто восторга тоже привычно.
Второй Бандерос встретил нас в Валенсии тарелкой паэльи. Это был хозяин и шеф-повар маленькой таверны под окнами нашего дома. Он говорил по-английски, и его жена этим ужасно гордилась. Как только возникали трудности с нами, она звала его и просила: «Скажите ему». Счет нам приносили не всегда, чаще всего Бандерос сидел за кассой и кричал нам оттуда сумму. Но паэлья, печеная курица и креветки были шикарные и по-бандеросовски великолепные.

И пусть настоящий Бандерос родился в Малаге (там, наверное, на каждой улице по Бандеросу), но Испания страна щедрая, и хватит на всех.

Эх, надо испанский учить.

Утро в Валенсии

Никогда не знаешь, кого можно встретить утром в Валенсии. Можно, например, идти навстречу моющей машине. Они в Валенсии маленькие с двумя крутящимися щетками и шампунем. И вот в этой малюсенькой машине будет сидеть кабальеро, который будет одной рукой держать руль, он будет огромный и во рту у него будет сигара. И у вас не будет сомнений, что это кабальеро, что он горд и доволен, вам захочется быть на его месте и каждое утро вот так объезжать свои владения на этой классной машинке, и захочется сигару. Но такого взгляда и такой осанки у вас все равно не будет, потому что надо родиться в Валенсии.
Можно пойти на центральный рынок — Меркаду. Там будет пахнуть хамоном, фруктами, покупатели будут мешать экскурсиям, а экскурсии вертеться под ногами у покупателей. Там будут осьминоги, морские гады и рыба. Будет шумно и чисто. Мы выходим из рынка и усаживаемся в кафе, чтобы поесть тостов с хамоном и помидорами. Лешка пьет кофе, а я заказываю черный чай. Черного чая в Валенсии не допросишься. тут есть зеленый, красный, есть кофе, вино, но «те негро» вызывает у официантов шоковое состояние, и они сначала приносят черный кофе, потом зеленый чай, и только потом черный.
Зато колготки (уж простите наболело) у женщин должны быть черные. Попробовала я выйти из дома в серых, я думала, что у меня что-то с ногами случилось, так на меня косились сеньоры и сеньориты. Вы можете идти в немыслимых шортах, в короткой юбке, в чем угодно, но колготки должны быть черные. Дама перед нами идет в стрингах, которые поднимаются чуть ли не к подмышкам, и на нее не обращают внимания, зато все возмущенно косятся на меня, потому что из под моей приличной юбки выглядывают бордовые колготки. А все потому, что стринги у нее черные, и колготки черные, и шорты, из которых они выглядывают тоже черные. А вот чай зеленый, или красный.

Так вот за соседним столиком сидит милейшая старушка. Время завтрака и мы наблюдаем как она допивает чашечку чая и доедает круассан, рядом стоит тележка, с которой она пришла на рынок. Потом мы приглядываемся и понимаем, что кроме чашечки и тарелочки с круассаном у нее стоят два опустошенных бокала красного вина. Ну что ж, неплохое начало утра.

«Вот сеньора дает!» — радуется Лешка. — «Не то, что та, у тебя за спиной. Она хоть кофе пьет. Ой, нет, это же виски двойной в стакане.» Я настраиваю телефон на селфи и наблюдаю за сеньорой лет восьмидесяти. В черной шляпе, черных очках и белом шарфе. Она курит и маленькими глотками попивает виски. 11 утра, прекрасная Валенсия. Дай Бог здоровья! Вот в чем секрет твоего долголетия.

Просто Валенсия

После первого и второго дня в Валенсии мы просто живем там до пятницы. Мы ходим в продуктовый магазин, Лешка бегает в парке, после обеда мы читаем: я «Фламандскую доску», а Лешка «Кожу для барабана», журналы, газеты и Умберто Эко про Улисса.
Как-то вечером мы возвращаемся домой и видим, что на соседней улице не все двери и окна заколочены и закатаны в роллер-ставни, а вдруг образовалась красивая дверь с витражом в старом деревянном переплете и такое же окно на уровне тротуара. Окно открыто, на подоконнике стоит стакан пива и рядом с ним посетитель. Из окна бабахает музыка, пусто. Мы заинтересованно останавливаемся. «Хотите посмотреть на самый красивый бар в Валенсии? Заходите» — приглашает нас покачивающийся из стороны в сторону посетитель. Мы заходим, садимся. Понятно, что никто к нам не подойдет. В Валенсии и официанта-то не сразу дождешься, а тут такая экзотика. Старая деревянная мебель, плитка, высокие табуретки и латунные кружки висят над барной стойкой. В углу — огромный камин и мозаика на стене рядом. Мы идем к бару. «Уно вино бланко, уно вино тинто». Старый дядька с огромной белой бородой, сосредоточенно смотрит на нас сквозь очки. Потом медленно медленно начинает двигаться. Если кто смотрел недавний мультик «Зоополис», то ленивец из мультика просто голубая молния по сравнению с нашим хозяином. Руки у него в добавок ко всему трясутся, но он сосредоточенно наливает с н а ч а л а к р а с н о г о, потом долго убирает бутылку, достает из холодильника белое, н а л и в а е т б е л о е. Надо сказать, что красное вино было просто бесподобное. Такого нам еще не наливали. К этому времени с улицы приходит завсегдатай этого бара Эухелио. Что в переводе на русский означает Евгений. Он на наше счастье говорит по английски и с удовольствием рассказывает про джаз-бар, а это именно джаз бабахает в старом магнитофоне, и про старый шахматный клуб, который был когда-то на втором этаже. Сейчас там пустая комната с картинами. Лешка болтает с Эухелио, бокалы пустеют. По второму мы ждем еще дольше, хозяин сидит читает журналы и дуется, потому что знает только французский, то тут мы совсем нули, еще хуже испанского. Он участвует в разговоре только однажды, когда Эухелио говорит о Чайковском. Он любит его симфонию 1812 год, пытается что-то напеть. Лешка заявляет, что предпочитает Рахманинова. «А я л ю б л ю Д э в и д а Б о у и», — говорит хозяин, оторвавшись от разглядывания самолетов в старом журнале. За вино деньги он берет, но от чаевых гордо отказывается. «Он же хозяин, — объясняет нам Эухелио. — Он не берет чаевые».

Эухелио надо спешить на электричку, он живет за городом, но маленькую экскурсию по площади он нам проводит. Это он рассказывает нам о Санта Булте, и долго объясняет название маленького тупика, который отходит от площади. Название переводится типа невозможного, или неприличного. На нем нет входов в дома, поэтому на карте его название не обозначили.

upd Должна внести поправку в рассказ Эухелио. Тупик, который он нам показывал носит гордое название calle de las impertinentes — улица Нахальства (или Дерзости). По карте это явно была улочка, которую перегородил новый дом, она оборвалась и потеряла дома со входом и превратилась в два тупика. Тот тупик, который ближе к площади продолжает хранить таблички с названием. Почему Эухелио ее назвал неприличной, непонятно. Слово неприличный по-испански — indecentemente. может, они ее так в молодости называли… Он тут на дискотеке тусил, и его звали Гринго, потому что он танцевал под американскую музыку . Ох уж этот Эухелио с его английским.

Конечно, на новую архитектуру мы тоже посмотрели. Белоснежные летающие тарелки в устье реки Турия — гордость Валенсии. Там почему-то и ошиваются русские туристы.

Валенсия, парадная

Второй день в Валенсии начался с дождя. Дождь бил по нашей крыше, не давая никаких шансов. Валенсия плакала. Почему плакала, мы поняли потом, а пока я расстраивалась, что не смогу носиться по городу и показать Лешке рынок (вчера он был предательски закрыт), а Лешка радовался, что может наконец поваляться на диване, и почитать.
Повалялись, почитали, капли стали бить реже, и мы пошли гулять. В собор Лешка идти отказался, и мы пошли по руслу до старых ворот, а потом по улочкам до главной площади. Тут нам по дороге попались две старые сеньоры в черных строгих костюмах, высоких гребнях с черными мантильями. Нам даже в голову не пришло, что это только начало, мы решили, что две старушенции просто чудачки и гуляют так каждый день. На улице потеплело, и мы пошли оставить куртки на мансарде. «Пойдем еще погуляем?» Когда мы вышли на небольшую площадь с фонтаном недалеко от нашего дома, то мы поняли, что все прохожие торопятся в одну сторону, и прохожих много, и торопятся они сильно. Мы поддались, что случается редко, и пошли вслед за всеми. В маленьком переулке мы обнаружили большую старую церковь, вход был открыт, играл оркестр, и в церковь заходили сказочной красоты девушки и юноши в ярких костюмах, мантильях, головы юношей были повязаны платками, девушки несли букеты. Стена церкви была украшена огромным панно, изображающим святого, около панно суетились два нарядных мужчины. Они украшали букетами деревянную решетку. Вслед за девушками и юношами в церковь прошли дети, в таких же нарядах. Маленькие инфанты и пираты, и кабальеро. Потом матроны в черных строгих костюмах с черными мантильями. Затем мы увидели мужчин с флагом Валенсии и оркестр.

Мы так обрадовались, что успели на них посмотреть, ведь они прошли так быстро. Но вскоре мы услышали следующий оркестр, и новые юноши и девушки входили в церковь, за ними шли матроны. Потом еще и еще. Оркестры были разные: двадцать человек в костюмах, трое толстяков с барабаном и дудками, дети с трубами и бубнами. Несли хоругви. Иногда за хоругвью шел мальчик в одежде монаха. Один даже всех благославил по дороге. Мы пошли навстречу процессиям. Какие платья, какие профили. Совсем маленьких детишек везли на колясках, совсем дряхлых матрон везли в креслах. На тротуарах стояли люди, и было похоже, что они лично знали тех, кто идет. Иногда здоровались, махали рукой, иногда хлопали особо красивому платью. Интересно, но люди в процессии не чувствовали себя в карнавальных костюмах. Они настолько естественно шли в этих юбках, знали куда деть руки, как поставить ногу, они улыбались, фотографировались. Для них было привычно вот так идти по улицам города. Пройдя сквозь церковь Святого Винсента, они разбредались по городу, болтая с друзьями.
Ах да. Святой Винсент и был виновником торжества, или фиесты. 5 апреля — день памяти Св.Винсента, который умер в этот день во Франции. Родился Винсент Феррер в Валенсии 23 января 1357 года. В 1374 году он вступил в Орден Святого Доминика в монастыре недалеко от Валенсии, потом жил в Барселоне, получил докторскую степень и приехал в Валенсию преподавать. В 1390 году, он был обязан сопровождать кардинал Педро де Луна во Францию, но вскоре он вернулся домой. Когда в 1394 году, де-Луна сам стал Папой в Авиньоне он вызвал Сент-Винсент и сделал его мастером священного дворца. Святой Винсент много проповедовал во Франции и Испании. Поэтому во Франции он почитается не меньше, чем в Валенсии. Тем более, что именно ему приписывается честь как первого хранителя вина в бочках. Он умер 5 апреля 1419. Парады Святого Винсента обычно проводятся в один из дней апреля. В прошлом году это было 13 апреля, а тут нам повезло, и мы увидели парад своими глазами.
Мы еще посидели в кафе, наблюдая за процессией, а потом пошел дождь. Все-таки Валенсия горевала о смерти своего замечательного покровителя. Девчонки привычно накинули цветастые юбки на прически и разбежались по домам. Очень жаль, я бы не отказалась провести день среди красавиц-валенсиек в роскошных нарядах. Мы попробовали найти место, где дают паэлью, но дождь загнал всех в таверны, и мы пошли к дому. Зато наша таверна была открыта, и мы были вознаграждены. Сначала Бандерос принес нам вместо заказанной паэльи миску чего-то белого: «Эссалада русса» — Торжественно возгласил он. Я была уставшая и переводчик у меня в голове включился не сразу. Пока Леха просил набрать что-то у себя в переводчике телефона, а за соседним столиком угорали двое молодых испанцев, я вспомнила, что в самолете читала возможное испанское меню — «Леш, это оливье!» Бандерос как раз заканчивал объяснять, что это обычно едят с курицей на Новый год. Оливье был вкусным и быстро кончился. Дальше на стол прилетела еще одна миска: «Галушка-помпушка!» — торжествующе заявил наш шеф-повар. Ага, картошка! Прекрасно сваренная картошка в мундире с томатной заправкой. На паэлью места не хватало. Но перед нашими носами уже дымились две огромные тарелки с паэльей, наверху красовались по две королевские креветки сказочных размеров. вот мы наелись! И вино, и кофе. Хорошо наша дверь сразу напротив.

Что же мы делали вечером. Наверное, просто слонялись по улицам и покупали зонтик. Назавтра и послезавтра обещали проливной дождь, надо было подготовиться. Надо добраться до рынка, там самый вкусный свежевыжатый сок. И надо заканчивать думать о еде, вокруг столько интересного, и Грааль еще не найден.

Кроме зонтика Лешка купил непромокаемую кепку и под проливным дождем бегал в парке, а я бродила под огромным черным зонтиком, как Пятачок. Через час я должна была выловить Лешку под мостом, чтобы он не заблудился, на бегу все мосты одинаковые.

Тут интересная подробность. Лешка слушал лекции по Фоме Аквинскому. Он всегда случает лекции, когда бегает. И тут лекция попала в точку. Лешка совсем по-другому стал видеть сегодняшнюю фиесту. Парад — это олицетворение порядка, это символическое воплощение порядка по Вселенной. Все в мире упорядоченно, и если происходит сбой, то его видно сразу. Люди идут по городу в определенном порядке, мне еще предстоит разобраться почему сначала шли женщины в ярких нарядах, потом в черных, почему. Возраст тут не играл значения. Существует другое объяснение. Оркестры играли, не мешая друг другу. Все шли, останавливались, стояли, опять шли. Логично, символично, и точно по Фоме Аквинскому. Тут Лешка больше разбирается, но звучало прямо в тему. Плюс еще посмотренный недавно «Отец Браун». Точно по Фоме Аквинскому. Он распутывает преступления, потому что видит сбой в порядке. Есть пять чувств, и есть Писание. И есть порядок, который логичен.

Валенсия, день первый

Мы приехали в Валенсию на новом поезде AVE. Это скоростной испанский поезд, и поэтому 350 км мы пролетели за полтора часа, и вот мы в тепле и солнце идем пешком от вокзала. Сначала хотели кофе попить на старом вокзале, но решили, что сначала бросим вещи в гостинице. Под конец приходится включать навигатор, потому что с рюкзаком плутать по улочкам неохота, хотя это и удовольствие. Наш домик притаился на маленькой улице Бланш, недалеко площадь со столиками кафе. Домик неприметный и все двери закрыты. Лешка звонит по телефону, и ему отвечают, что дома никого нет, но хозяин с ключами скоро приедет. Мы плюхаемся за столик, и к нам тут же подходит милая испанка. Конечно, мы ничего не поняли, но тут подключается ее муж — настоящий Бандерос. Черные волосы, черная рубашка, загорелый. «Если достанет гитару, прячься под стол, — шепчет Леха. — у него в чехле автомат». «Паэлья» — произносит Бандерос волшебное слово, и мы в восторге киваем. Потом я собираюсь с мыслями и заказываю вино, уже по-испански, это нетрудно. В это время на мопеде приезжают наши ключи, и Лешка тащит вещи в гостиницу. Площадь маленькая, и за соседним столикам сидит парочка старичков. Старички в Валенсии, да и в Испании — это отдельный разговор. Здешние завсегдатаи — толстяк на электрическом кресле и совсем дряхлый старичок в тройке и бабочке. Мы их еще не раз увидим.

Мы наедаемся паэльи, она потрясающая. Недаром говорят, что есть ее можно как угодно, и разогретую, и свежую, и вчерашнюю. Наташка предпочитает вчерашнюю. Лешке наливают второй бокал красного,и на протесты говорят: «take easy, holidays!» Тут мы окончательно понимаем, что отпуск начался.

Живем мы одни в трехэтажном доме на мансарде, под крышей. У нас своя кухня, и о счастье — стиральная машина. Подниматься приходится пешком по высоким каменным ступеням. У нас два ключа — от уличной двери, и от мансарды. Чувствуем себя полноправными хозяевами.
Живем мы, как сейчас выяснилось, в самом испанской Испании, в самой валенсийской Валенсии.

Оказывается наша маленькая площадь Santa Bult, которую мы прозвали Святого Булта и все искали, кто же это — это Площадь Святого Образа Христа. Образ неканонический, а испанский — в короне и красном одеянии.

В 14 веке здесь стоял алтарь в честь этого образа, а в 18 его убрали местные буржуа. Такое бывает. Образ остался в виде мозаики на стене дома, таких мозаик множество по всей Валенсии с разными святыми. Наверное, не один алтарь потерян. Образ этот некононический, и официальная церковь его не признает, но Валенсийцам это неважно. Образ их родной, появился в районе La Xerea, где и наша площадь, прямо напротив нашей улицы Бланш. Это Христос, победивший смерть. (информация есть только на испанском, поэтому подробнее можно узнать на сайте, выучив испанский язык, чем я и собираюсь заняться в ближайшее время.) Теперь в конце мая в честь этого образа на площади праздник — Фиеста. В Валенсии, если не сиеста, то обязательно фиеста. На районный праздник мы не попали, зато на городской парад — да! Но это другая история.

А пока мы знакомимся с хозяевами кафе и выясняем, что рядом от нас дом престарелых, откуда все старички расползаются по кафешкам. Совсем в двух шагах — замок тамплиеров и парк в бывшем русле реки Турия — гордость современной Валенсии. Там она бегает, и Лешка бегает вместе со всей Валенсией.