Одиссея, она такая длинная

Если вы что-то хотите узнать про аффект, читайте «Одиссею». Вот где чувства не скрываются нисколько. Только древнегреческие воины способны оплакивать своих товарищей так, что слезы стекают по их щекам, мочат одежду, а вопли и стенания слышат на соседнем острове. Только друзья Одиссея, услышав, что они не поплывут на Итаку раньше, чем посетят Аид, садятся на песок и с корнями вырывают свои кудри. Зная, что нельзя трогать быков бога Солнца, они, проголодавшись, все равно убивают и съедают их, не думая, что богиня и прорицатель пообещали им за это неминуемую смерть.
Одиссей, услышав упрек молодого воина при дворе царя Алкиноя, что он не участвует в соревнования «стар, наверное, и немощен», вскакивает, хватает тяжеленный диск и зашвыривает его дальше, чем все остальные. Он готов сражаться со страшилищем Сциллой, он дразнит Циклопа. И именно такого Одиссея любит Афина. Она в восторге от его вранья, хитростей и бесшабашного поведения, считает его самым доблестным из людей и примером самообладания, помогает ему во всем.
При дворе Людовика XIV такой вояка долго бы не протянул. Хотя, в этом смысле Одиссей уникальный персонаж. Он хитрый и готов дурить самих богов, так что его можно было бы и взять в другую цивилизацию. Но его воины совершенно не готовы к другой войне, кроме как во времена Трои. Пока они будут рвать на себе волосы и потом заливать месяцами (буквально) свое горе вином и объедаться мясом, армию уже завоюют хитрецы в кружевах и с мушкетами.
Кстати еще в Греции мы отметили, что греки на вопрос «Как дела?» готовы выслушать все ваши жалобы и не понимают нашего «нормально». В «Одиссее» все от царя до пастуха спрашивают вас о «страданиях, которые выпали на долю» и внимательно слушают все ужасные похождения, а потом в ответ рассказывают свои не менее горестные и жуткие истории из своей жизни.
Но все они готовы подчинятся воле богов, даже если боги пожелают спровадить их в рабство или попросту убить. «Ну, да, вот так. И оракул нам тоже самое сказал… Будем страдать». Зато, когда наступают светлые времена, и боги на их стороне, вот тут радости и пирушкам нет конца.

Читая Одиссею

Каждый раз, когда мужчина выходит из дома, он превращается в Одиссея в поисках себя, родной земли, а потом и Священного Грааля, потому что Персифаль — тоже Одиссей.
Это мы, женщины, можем просто сходить в магазин за хлебом или в Сберкассу, и вернутся такими же, какими и вышли из дома. Другое дело мужчины — они никогда не возвращаются прежними. Каждый раз, пустившись в путь, они меняются — что-то находят, что-то теряют, получают известия, и каждый раз стремятся обратно — кто в Итаку, кто в Замок Короля-Рыбака, или просто спокойно поужинать с женой на кухне. И поэтому, уходя, они начинают путь обратно, потому что нет для них места слаще, чем дом, но на пути столько всего — злые, коварные великаны, страстные богини, дарящие любовь и бессмертие, друзья, готовые бесконечно жарить мясо, пить вино и слушать рассказы (последнее, как правило, самое ценное). А мы сидим и ждем — кто Одиссея, кто Персифаля, кто Пера Гюнта. Узнают ли они нас, узнаем ли мы их… Что это будет — счастливое возвращение, или проверка — ведь от женщины требуют неизменности, измена любая (даже покраска волос без предупреждения) приравнивается к предательству — шучу. Но в каждой шутке… Поэтому Пенелопа и Солвейг — всегда будут желанны и дождутся. Они не меняются, и не уходят. А леди Макбет, которая была хорошая жена, а потом вырыла топор войны и заигралась — сойдет с ума. Хотя, с леди Макбет не все ясно.