Английские собачки

Пересматривала любимый сериальчик про Смайли «Жестянщик, портной, солдат, шпион», тот который почему-то стал «Шпион, выйди вон». У меня там есть любимый персонаж — Кони. Старушка Констанция, уволенная из аналитического отдела, гениальная тетка с потрясающей памятью. В этом детективе она живет в Оксфорде в маленьком домике, сдает комнаты и дает частные уроки «оболтусам» из Университета. Смайли приезжает к ней за информацией. Кони живет с несколькими кошками и старым спаниелем Флашем. А с кем еще прикажете жить одинокой старушке? Так вот, оказывается Флаш — это спаниель из романа Вирджинии Вульф.

У нее был биографический роман о поэтессе Элизабет Браунинг, написанный от лица (если так можно писать) ее пса Флаша. Поэтому совершенно неправильно, что в фильме Флаш — такса. Хотя такс я люблю больше спаниелей.

Викторианская поэтесса удостоилась биографии от Вирджинии Вульф, потому что сбежала со своим будущем мужем Робертом Браунингом, и написала кучу прекрасных любовных стихов. Это было в духе Блумсбери групп, когда свобода и искренность побеждала пуританство.

Мечтаю о тебе. Ты, словно ствол,
Весь думами моими и мечтами
Увит, как виноградными листами
И скрыт в том лесе, что тебя оплел.
Но нет, фантазий буйный произвол
И петли мыслей, вьющихся кругами,
Тебя не стоят. Прошурши ветвями
Могучими — как будто вихрь прошел —
О пальма стройная! — и отряхни
Ненужную завесу перед взглядом:
Мечты — сравнятся ли с тобой они?
Взирать, внимать твоим речам-усладам…
Я новый воздух пью в твоей тени
И ни о чем не думаю; ты — рядом.

А американцы в своем «Шпион, выйди вон» вообще лишили Кони собачки, а саму старушку запихали в богадельню, лишив тем самым героиню, да и фильм тоже интеллектуальной составляющей.

Группа Блумсберри

Решила потихоньку разбираться с Блумсберри-групп. Все равно мы все время возвращаемся к ней в разговорах, на полках стоят книжки (правда, большей частью толстые и на английском), но материалы есть. А разобраться надо. Все-таки интересный для меня Форстер и нелюбимая Вульф, но куда без нее деваться, все равно приходится читать.

Итак, Блумсбери — квартал, где проживала лондонская богема. В 1907 году здесь поселяются сестры Вульф. Ванесса вышла замуж за критика-искусствоведа Клайва Белла, а Вирджиния в 1912 году за выпускника Кембриджа, недавно вернувшегося из Цейлона Леонарда Вульфа. Перед свадьбой она ему по-честному сообщила, что секс с мужчинами ей противен. Зато ему секс с мужчинами очень даже нравился. И не было на земле двух людей, которые бы лучше понимали друг друга, ценили бы друг друга и уважали. Это был поистине брак, заключенный… по взаимному Согласию.
Никак не могу понять, с чего начались встречи так называемой «блумсберийской группы».

Вроде как они вышли из кембриджского клуба «Апостолы». Ясно, что это были выпускники Кембриджа, причем большинство из них были геи (ох уж эти мне закрытые школы для мальчиков). Группу собрал брат сестер Вульф — Тоби. Дальше цитата: «Находясь под влиянием идей философа Г.Е.Мура, они исходили из того, что идеалы дружбы, любви и взаимной притягательности являются главенствующими и что процветать они могут лишь в том случае, когда искренность и свобода превалируют над притворством и жеманностью. Социальные условности, по их представлениям, должны были вытесниться принципами личной приверженности морали и ответственности. Общение людей друг с другом превозносилось группой в качестве высшей цели».
А вот это уже натуральный Форстер. Именно про это он писал в «Комнате с видом». Глупые, чопорные, жеманные англичане высмеиваются, зато мистер Эмерсон — искренний, ответственный человек (которого, однако, считают большим оригиналом) представляется симпатичным и приятным.

В Блумсбери групп входили Э.М.Форстер, экономист Джон Мэйнэрд Кейнс, биограф и эссеист Литтон Стрэчи, художник Дункан Грант, критики-искусствоведы Роджер Фрай и Клайв Бэлл. Многие из них состояли в «Апостолах».
Группа существовала долго. Я еще не дочитала до момента, почему они перестали приглашать женщин. Кажется, это была уже другая немного организация… Во всяком случае, в 1940-х она еще была и они обсуждали принимать ли в нее дам… Это есть в дневниках Вирджинии Вульф.

Вторник. 9 апреля 1935 года
Вчера в Лондонской библиотеке я встретила Моргана (Э.М. Форстера) и рассердилась.
«Вирджиния, дорогая моя…» — сказал он, и я была польщена этим знакомым ласковым обращением.
«Берешь книги про Блумсбери? Вот молодец.» — сказала я.
«Да… Вирджиния, знаешь, я теперь тут член комитета… —ответил Морган. — И мы сейчас обсуждали, не принимать ли дам…»
Мне померещилось, что они хотят пригласить меня, и я должна была отказаться: «Но их же принимают… Там была миссис Грин».
— Да-да… Там была миссис Грин. И сэр Лесли Стивен решил больше дам не принимать. Она была такая надоедливая. А я сказал: «Разве дамы не стали лучше?» Но они были непреклонны: «Нет, нет, нет… Никаких дам!» Они не желали слышать об этом.»
Как же у меня руки дрожат. Я так рассердилась (и так устала), когда пришлось это вытерпеть. Я видела, как все это для меня унизительно. Я представила, что Морган, возможно, упомянул мое имя, а они сказали: «Нет, нет, нет… Никаких дам!»
Будь он проклят! Как он мог подумать, что я такое вынесу?

Четверг. 7 ноября 1940 года. (Пять лет прошло…)
Морган спросил меня, может ли он предложить мою кандидатуру в комитет Лондонской библиотеки.
Не без удовольствия я отказалась».

Взять реванш через пять лет. Стоило набраться терпения ))

В.Вульф и Литтон Стречи

Мы недавно посмотрели сериал о Литтоне Стречи и его романе, если это можно так назвать, с художницей Дорой Каринктон.

«Комната с видом» и наш семинар

Вчера опять был семинар, на этот раз мы обсуждали «Комнату с видом» — роман Эдварда Моргана Форстера.

Форстера мы заметили давно, потому что это первый переводчик Кавафиса на английский язык. Да-да, он тоже гей. Еще он друг семьи Вирджинии Вульф, один из участников интеллектуальной Блумсбери групп. По его романам снято несколько фильмов: «Куда боятся ступить ангелы», «Комната с видом», «Морис». И это только те, которые мы посмотрели, так-то там больше. У нас его издавали тихо, потому что читать про любовь двух прекрасных юношей в советской стране было не очень принято. Хотя я недавно разжилась в букинисте сборником его повестей. Тут кстати очень странно, почему не перевели тогда на русский «Комнату с видом», потому что это классический роман о двух влюбленных, которые никак не могут разобраться в своих отношениях. Точнее девушка не может. Если там не копаться, то он сойдет за дамский роман в духе Джейн Остин.
Однако Форстер настоящий интеллектуал, и читать его книги интересно и с психологической точки зрения. Это только с первого взгляда роман кажется поверхностным и легковесным, сложно увидеть в нем групповые процессы, внутреннюю борьбу, которая происходит в душе Люси — молоденькой героини, приехавшей в Италию с тетушкой — старой девой. Начав обсуждение, мы подобно Люси, стояли на ступенях церкви Санта-Кроче без путеводителя, без «Бедекера». С виду церковь была похожа на сарай и без комментариев, куда смотреть, не представляла ценности. Роман Форстера, прочитанный и необдуманный, тоже похож на обычную «дамскую» литературу.

Люси должна начать думать, чтобы увидеть красоту и уникальность, выбрать те фрески, которые действительно представляют собой ценность. Или получить совет. Или разозлиться, что ее компаньонка утащила ее путеводитель и уйти ни с чем.
Быть в группе и наблюдать за группой очень интересно. Можно обсуждать роман и одновременно понимать, что мы разыгрываем его сюжет между собой — неосознанно разыгрываем. Без этого нельзя понять. Группа живет как единый организм, и роли распределяются сами собой. Только через некоторое время можно понять, чью роль ты играл. Из реплик складывается канва, мы ищем язык, на котором будем обсуждать действие романа.
Конечно, в книжном клубе мы бы говорили по-другому. Тут можно вспомнить, сравнить, рассказать про себя, про Италию. Когда я впервые посмотрела фильм, то вспоминала, как я ездила в Италию еще в школе, как эта страна меняет тебя. Здесь чопорность и снобизм выглядят просто глупо и кажется, что для того, чтобы выжить, нужно смотреть на вещи легко, что надо открыться, влюбиться, увлечься и тогда тепло и красота этой страны окажутся у тебя в душе.
На семинаре мы раскрываем психологическую основу романа.
Я чувствовала себя Люси. Я оказалась на незнакомой территории без путеводителя. При этом роман мне нравился, мне даже не хотелось о нем думать, он достаточно эмоционален, чтобы просто почувствовать то, что он замечательный. Я до него читала другие повести Форстера и они мрачноваты, там нет хорошего конца. На самом деле по жизни Форстер был большой пессимист, и в любви у него были сплошные разочарования. А вот «Комната с видом» — книга солнечная, с юмором. Но и тут мне был нужен «бедекер» — путеводитель в сложных процессах, о которых хотелось поговорить.
В то же время для профессиональных психотерапевтов было чудно читать художественную книгу к семинару по групповому анализу. Казалось, что время потеряно зря, это же не статья, не реферат. К чему нам знать, что делала героиня именно этого романа в Италии, да мало ли сколько взбалмошных англичанок побывало в Италии. Лешка в этом смысле большой провокатор и выступает в роли мистера Эмерсона:

«Дорогая, — мягко произнес старик, — мне кажется, вы повторяете то, что слышали от других. Притворяетесь обиженной, тогда как на самом деле не чувствуете этого. Не будьте ханжой…»
Можно попробовать расставить персонажей по отношению к Люси. Тетушка давит на нее, но не заботится, она перегружена предрассудками, виной, стыдом. Вешает все это на девушку, и не хочет слушать о ее чувствах. Она постоянно бросает ее, отсылает, а потом бежит следить, винить, давить. А сама сплетница и ханжа.

В какой-то момент Люси оказывается с мисс Лавиш — писательницей, искательницей приключений. Но той с Люси скучно. Она не желает заботиться о ней, бросает. А ведь Люси для нее — источник вдохновения.
Настоящим другом Люси должен был стать старый мистер Эмерсон, вот этот человек полон любви и заботы. Он предоставляет свободу, но всегда поможет и придет на выручку. Но для Люси он — источник тревоги, потому что свободной ей быть непривычно и тревожно.
Еще один персонаж — всеобщий любимец мистер Биб — жизнелюб викарий. С ним безопасно, потому что он викарий, и он просто наблюдатель. Вмешивается он только в крайних случаях, не давит и не заставляет думать.