Книга

Вчера на презентации мне досталась эта книжка по чистому моему разгильдяйству. Я забыла перевести наручные часы и прибежала в Читалку на 45 минут раньше. По своими часам я опаздывала на 15 минут и уже не надеялась, что у меня будет книжка с автографом прямо сегодня. А теперь она у меня есть. вот стоит на полочке. Она выглядит как чудо, потому что еще пять лет назад никому бы в голову не пришло, что il_ducess и dedushkin1 напишут книгу, она выйдет с прекрасными иллюстрациями, большая, красивая, нарядная, интересная и нужная.
Так вот вчера ее половине гостей не хватило.
И еще вчера был настоящий праздник. Удивительная вещь — социальные сети. Вот ты до сих пор не мог понять, кто перед тобой стоит, но стоит человеку представится или назвать свой ник в ЖЖ и все — ты уже знаешь, что ему интересно, когда у него был ремонт, в каком классе ребенок, передаешь приветы мужу и детям, и спрашиваешь о здоровье кошки — этот незнакомец оказывается твоим близким человеком.

Всем спасибо, кого я вчера встретила. Все ваши приветы Лешке я передала сегодня утром, потому что он вчера уже спал, когда я завалилась домой. И огромное спасибо Ирочке и Алексею. Почаще бы таких поводов для встреч.

Фотки, фотки

Продолжаем смотреть Лешкины фотки. Уж не знаю, почему он их сам не выложит у себя в журнале ))

Это уже Бейт-эдДин. Точнее главная площадь бывшей столице Ливана Дейт Эль Камар. Вот вы замечаете, что один эД Дин, а друго Эль Камар. Просто в арабском все буквы (а они там все согласные, кроме А) делятся на солнечные и лунные и перед словами есть артикль Эль. Солнечные такие яркие, что затмевают собою ЛЬ и получается эДДин, эШШамс, а другие спокойные, лунные и поэтому ЛЬ остается на месте — эль камар. Вдруг вам пригодится. И это я знаю, а вот чьи это ноги на памятнике я не знаю.

Небахчисарайские фонтаны Бейт ЭдДина

Спальня

Не спальня

Мы пошли смотреть мозаики

Леха мне говорит: «Встань вот сюда, пожалуйста». Я встала, думаю, вот какой красивый фон для меня муж выбрал. А он говорит: «Не вертись. Я по тебе масштаб смотрю. Чтобы было видно, какая мозаика большая». А я там, между прочим, как женщина стояла, а не как линейка.



Кедровый заповедник


А это наш Али

В пятницу ужасно захотелось кока-колы. Почему-то в жару хочется именно кока-колы. В супермаркетах продавалась только пепси, зато в маленьком магазинчике у моего нового знакомого нашлось две баночки коки. «Бонжур, Мадам. Вам как вчера?» — приветствовал он меня. Прям как будто я там давно живу и каждый день захожу за продуктами. Кока-колы у них на прилавке нет, но для меня он может принести две баночки из кладовки, только она теплая. Продавец оказался из Сирии, мы еще немного поболтали, и я пошла в отель. Как жаль, что вечером уже уезжать.
Целый день провести в отеле было бы неправильно, мы, собрав последние силы, идем в город. Миша (наш приятель, который отправил нас в Баальбек) просил привести ему ладана. Мы прилично оделись и совершили паломничество по местным церквям.

Фотки, фотки, фотки

Приехав из Бейт-ЭдДина мы были настолько уставшие, что просто завалились спать и проспали до вечера. Одним из положительным моментов в нашем отеле было то, что в каждом номере стоял электрический чайник и чай можно было пить, сколько душе угодно. А что еще русскому человеку нужно? Мы выспались, потом смотрели фотографии, которые наснимали и пили чай с печеньем. Вечером я нашла маленький магазинчик совсем недалеко от отеля. За прилавком сидел молодой человек, он помог мне выбрать воду и печенье. Ах, как они говорят «мадам», даже во Франции вы не услышите столько почтения, как в Леванте.

Утром в пятницу нам тоже ничего не хотелось. Мы смотрели «Невыносимую легкость бытия», грызли печенье и отдыхали.

Я добралась до Лешкиного компьютера с фотографиями и теперь буду развлекать вас Ливаном Лешкиными глазами, то есть собой на фоне Ливана.

Это в Бейруте. Напротив дома сидел военный в специальной будке, а мы не обратили внимания и принялись фотографироваться, за что нам попало. Пришлось все удалять у него на глазах и фоткаться по новой уже без него в кадре. С тех пор мы всегда смотрели по сторонам, не попадает ли в кадр военный. А это очень сложно, потому что военные там на каждом шагу.

IMG_6057

Это на набережной. Напротив голубиных гор — символ Бейрута. Эдакие Золотые ворота, как в Крыму. Сам пролив в воротах не видно, мы стоим сбоку, иначе нас бы замучили предложениями покататься на лодке или попить кофе из старинного бедуинского самовара.

IMG_6060

Это Баальбек и наш гид Халиб. Только вот никто мне не сказал, что у меня уши из под платка торчат. Лешка говорит, что я всегда так хожу, как Чебурашка, но я думаю, что здесь я уж точно вылитая Нефиртити, а не Чебурашка.

IMG_6106

А уж тут тем более.

IMG_6124

IMG_6137

Это колонны храма Юпитера. Мы уже договорились, что они 22 метра в высоту (6 этажей). Теперь осталось договориться о том, что они абсолютно одинаковые в диаметре, что внизу, что наверху. Иногда кажется, что они утолщаются, или сужаются — это не так.

IMG_6189

Они везде одинаковые. Вот такие.

IMG_6192

Части стоят друг на друге без раствора. Кстати если бы римляне озаботились и хотя бы куриным яйцом все это дело смазали, то им никакие 5 землетрясений были бы не страшны. Настоящие куриные яйца такая штука, что любые катаклизмы выдержат, кроме дурости.

Мы там все тщательным образом обследовали, уж поверьте мне.

IMG_6208

Даже немного побаловались.

IMG_6283

А это мозаика — сухая и мокрая.

IMG_6299
IMG_6300

Это живот Венеры, который мы непременно должны были потрогать.

IMG_6313

А это бог Солнца — языческий бог Ваал, или Баал, которому поклонялись еще до Зевса и Юпитера, строили храмы из огромных камней трилитонов, и из которого новая религия, поглотившая весь мир, сделала Сатану.

IMG_6328

Кедры и не кедры

Мы останавливаемся в какой-то деревушке или городишке, в голове у нас продолжает играть арабская музыка, а около странного дома с фасадом из камушков сидят пожилой мужчина и женщина лет 30. Мы вылезаем из машины, Али обменивается несколькими фразами с мужчиной. Женщина явно в растерянности, предлагает нам кофе. Мы сидим на скамеечке в тенечке, размышляем, куда это мы попали, кедров тут явно нет.

WP_20141016_032

Потом, разговорившись с женщиной, выясняем, что это грот, что-то вроде пещеры, но не такая большая, как знаменитая ливанская Джейта, где фуникулеры, лодки и всякое такое, а небольшая пещера, которую открыл какой-то дядька. Женщина извиняется, что плохо говорит по-английски, она прекрасно знает французский, но должен приехать ее брат, вот он нам и должен был все показать. Брата нет, мы допиваем кофе и лезем в пещеру. Там сыро и узко. Вход цивильный, всякие сталлоктиты, стологмиты, этот похож на лодку, этот на черепаху, а вот тут видно, что там. Атракцион, но прикольно. Наша гид мило смущается, везде нас фотографирует (только на Лешкин телефончик), потом прибегает ее брат и дорассказывает нам остальное. Весело. Али явно доволен (этого в маршруте не было, это явно его затея). Наконец, мы едем к кедрам.
Кедры раньше росли по всему Ливану, из них строили все, что ни попадя, и все извели. Вот, например, в Баальбеке построили 13 метровую дверь в храм Диониса.

0_8f8e0_1ccb2060_XL
фотка не моя.

Теперь кедры растут только в нескольких рощах, их охраняют, досаживают. Самая большая роща между Триполи и Баальбеком, но тут тоже вполне себе заповедник. Мы поднимаемся на машине все выше и выше, погода портится. Заповедник отделяет от основной дороги шлагбаум, мы едем по узкому серпантину и наконец видим кедры. Погулять можно только по небольшому кругу, по тропинке. Здесь тоже скамеечки и около особенно красивых видов стоят таблички с нарисованным фотоаппаратом.

WP_20141016_034

WP_20141016_035

WP_20141016_037

WP_20141016_038

WP_20141016_039

WP_20141016_043

WP_20141016_044

Воздух чистый, чистый. Я вспоминаю самшитовую рощу недалеко от Сочи. Там тоже такая же тропа и первозданный лес, так было на Валааме пока туда не хлынула «элита» строить дачи. Тут дачи строить не будут, ливанцы кедрами явно гордятся и берегут их. Али в самом прекрасном расположении духа. Уж не знаю, как часто он тут оказывается, он он напевает и фотографирует все на телефон. Я нашла вот такую розочку из шишки. Али засовывает ее мне в карман: «бери, бери».

WP_20141016_042

WP_20141016_048

Уезжать не хочется, но очень уж холодно. Странно, но все, что мы сегодня увидели полно любовью. Люди любят свою страну, радуются друг другу, радуются восстановленным после войны или сохранившимся красивым домам, рощам. Рядом с этим легко дышать, начинаешь тоже любить и ценить то, что тебя окружает. Здесь нет желания обогатиться, сувениров совсем немного и их не предлагают. Хочешь — купи, нет — нет. Как в местных церквях нет лавочек с церковной утварью, иконами и прочим, так и здесь нет вымученных изделий из кедров. Точнее они есть в домике на шлагбауме, но туда никто тебя не будет тащить и зазывать специально.

Мы голодные, просим отвезти нас в какой-нибудь кабачок. По дороге нам навстречу идет дядька в какой-то необычной шапке, и в шароварах как у нас девчонки ходят. Кто это? «А, это друз», — говорит Али. Они в таких шапках ходят.


мы сами не сфотографировали поэтому я из другого журнала взяла. pavelkosenko

Тут все друзы. Оказывается Али нам забыл сказать, что весь этот район — друзы. Лешка приходит в восторг. Это очень интересная ветвь религии. Они не мусульмане, и не христиане, а зависли где-то на границе. «Да, да», — соглашается Али. — «Можно быть мусульманином, можно христианином, но друзом — ни, ни. Плохо.» Смеется. Тут мы видим церковь, а чуть подальше у дороги растет смоква. «Церковь», — кричит Лешка, — «надо бы сходить, там такие иконы должны быть интересные». «Да!» — соглашается Али. — «Смоква — это вкусно. Ммм. Сейчас.» Так как мы на машине, то мы пролетаем мимо церкви и останавливаемся у смоквы. Я сижу в машине, Лешка понимает, что к церкви возвращаться далеко, да и стремно, как они отреагируют на наше вторжение, а Али тут явно не помощник, потому что в это время воодушевленно обирает смокву. Он набивает ей рот, выдает несколько плодов Лешке, остальное сгружает мне. Смоква зеленая. Опять мы что-то едим, не помыв с мылом. От сладкого сока у меня начинает щипать губы. Такой сочной зеленой смоквы я и не ела никогда, только хочется чем-то запить.
Надо ехать дальше. Вдоль дороги растут сосны, они тоже очень красивые, хоть и не символ Ливана.

WP_20141016_054

Едим мы в ресторане. Али расстарался и выбрал какой-то особенно вкусный. За соседними столиками явно какие-то дельцы задумывают что-то государственно-криминальное. Прохладно, по каменным стенам вьется виноград и течет вода. Это большой тент на улице. Мы едим хумус, кофту — котлета на гриле, лепешки. Морковку Али поливает лимоном, солит и тоже заставляет макать в хумус. К нашему ужасу он заказал себе пива и выдул целую бутылку мы и моргнуть не успели. Наши доводы, про то, что он мусульманин, что он за рулем, он парирует тем, что заявляет, что это не грех, когда такое удовольствие, что он вообще может шесть бутылок выдуть и ничего. Мы заказываем красного ливанского вина. Чего уж там. Впереди серпантин, потом сумасшедший Бейрут, надо все это проехать с удовольствием. Вино терпкое, интересное. Жаль, что ни в аэропорту, ни в соседних магазинчиках его не оказалось. Али за нас несказанно рад, что мы выпили. Всю оставшуюся дорогу мы едем медленно, Али теперь решается расспросить нас про наше семейное положение, его оказывается все это время занимал вопрос женаты ли мы. Потом он болтает про себя, про жену, про детей. Сын у него в Люксембурге, дочка — красавица, мы видим ее фотки у него в телефоне. Али — бывший полицейский, воевал. Он распевает какие-то песни про нас. Типа «к нам приехал, к нам приехал дорогой наш Алексей». Радио он при этом не выключает, поэтому ехать нам весело. «Ох, зря мы его пивом напоили», — говорю я Лешке. Через какое-то время Али тоже что-то говорит про пиво, но на английском, я пугаюсь, что он по-русски понимает. Их же хитрецов не разберешь. Лешка его по-русски спрашивает: «Али, ты ведь понимаешь русский?» Но тот отвечает что-то явно не в тему. Потом он покупает кукурузу для дочки на дороге. Я так понимаю, он все вдоль дороги покупает. Может, поэтому у него зубов только два… Я ведь говорила, что у него только два зуба? ))
Мы приезжаем к гостинице. Али хочет нас отвезти в аэропорт, проводить. Мы ему долго объясняем на трех языках, что у нас самолет только в пятницу в два ночи, он кивает и смеется.

Бейт Эд Дин

Итак, мы уезжаем из Дейр Эль Камар, огибаем ущелье и попадаем в городок Бейт Эд Дин. Это столица друзов, но по виду не скажешь, обычный маленький город, висящий на зеленом склоне горы. Внизу течет река, но ее совсем не видно, она почти пересохла. На противоположном склоне видны террасы из камней — такое впечатление, что это такой способ ведения сельского хозяйства. Столько в этом труда.

WP_20141016_003

Здесь нас ждет дворец эмира. При входе сначала долгое ритуальное приветствие, мы докладываем, откуда мы, потом идет долгое уговаривание Али пойти с нами. Он стойко выдерживает более четырех предложений и остается за воротами дворца.

Поначалу мы попадаем в просторный прямоугольный двор, с одной стороны открывается великолепный вид на долину, с другой — закрытые жилые помещения.

WP_20141016_004

WP_20141016_005

WP_20141016_006

WP_20141016_007

А вот, поднявшись по лестнице и войдя во внутренний дворик, мы попадаем в сказку.

WP_20141016_008

WP_20141016_009

Про странный балкончик мы долго гадали, что к чему. У средневековых рыцарей там был бы туалет, но не делать же туалет во внутренний парадный дворик, логичнее его соорудить над пропастью…

Дворец построил эмир Бешир аль Шехаб II. Строительство началось в 1788 году и длилось 30 лет. Итальянцы и сирийские мастера постарались на славу.
Мы заходим в узкие двери и каждый раз попадаем то в лабиринт бань, то во внутренний дворик с таким чудесным садиком, что Алиса и не мечтала, то во внутренние прохладные покои: стены отделаны темным деревом с росписью, по периметру устроены каменные топчаны с горами подушек и валиков. Некоторые залы явно используют для правительственных мероприятий, там флаги, столы со стульями.

WP_20141016_010

WP_20141016_011
вот собственно и туалет

WP_20141016_012

WP_20141016_013

WP_20141016_014

По дворцу за нами молча ходит какой-то дядька. Сначала их было два, потом они решили, что мы достаточно надежные посетители и нам достаточно одного сопровождающего. Когда мы доходим по парадных покоев, дядька не выдерживает и спрашивает, говорим ли мы по-французски. Нет, не говорим. Поэтому мы опять остаемся без полноценной экскурсии, но зато он на всех доступных ему и нам языках пытается донести хотя бы что-то.

Дворец построил эмир, жил здесь с женой и детьми. Мой вопрос про гарем наш сопровождающий не понял, и я решила, что эмир был добропорядочным семьянином. А почему бы и нет? Мы смотрим на огромный платан за окном. Один его молодой ствол, выросший из старого, врос потом в него же самого. В зале расставлены большие блюда для сладостей, шоколада, большой чан типа казана для супа. Стоят горелки. Они тоже как большие резные кастрюли. На потолке потрясающие росписи по дереву. Потом на возвышении чуть в стороне мы видим диван. И тут оказывается, что греховодник эмир резвился тут с девушками, которых для него воровали. Потом мы оказываемся в комнатке, где девушки танцевали для него (диско — говорит наш гид) и он выбирал себе понравившуюся. Вот вам и секрет тайной комнаты с балкончиком.

WP_20141016_015

WP_20141016_016

WP_20141016_017

Мы спускаемся вниз, во дворе фонтанчики, мы идем дальше. На первом этаже дворца целая галерея — просторный лабиринт залов, на стенах развешаны византийские мозаики, собранные в разных местах Ливана. Из залов можно выйти в другой садик, даже два — один в тени, другой на солнце. Какие же там розы. Просто королевские.

WP_20141016_022

WP_20141016_019

WP_20141016_026

WP_20141016_028
WP_20141016_027

В залах мы совсем одни, только потом приходят еще при посетительницы.

Нам пора уходить, в первом дворе нас ждет Али, греющийся на солнышке. Он как то прошел без билета и сидит теперь на лавочке. Мы заходим в магазинчик сувениров, его держит женщина с таким безупречным французским и такими манерами, что кажется она воспитывалась при дворе какого-нибудь Людовика. Но пятикилограмовых книжек по истории Ливана у нее нет, и мы уходим ни с чем.

Едем дальше, смотреть кедры. В это время Али приходит в несказанно хорошее расположение духа. Он запузыривает музыку на полную громкость, подпевает «Йаллаа» — это значит «Давай» и заставляет нас петь вместе с ним. Мы едем сквозь ряд маленьких городков и останавливаемся около какого-то дома, выложенного маленькими камушками. Али вытаскивает нас из машины. Что это мы понятия не имеем. «К родне нас что ли притащил», — предполагаю я. С чего он так веселился-то? Непонятно.

Камар, значит Луна

Ночью еще громыхало, и я просто подскочила на кровати от неожиданности, но на утро светило такое приятное солнышко, что мы порадовались, что поедем дальше смотреть Ливан. На этот раз мы решили увидеть ливанские кедры. Это туристический маршрут и по дороге обычно туристов везут во Дворец эмира, смотреть какие-то крепости. Вобщем нас забросали ворохом арабских названий, дали список на русском для нас и на арабском для таксиста. Возить туристов по маршрутам тут привилегия таксистов, к сожалению, рассказать они могут немного или могут, но по-французски. Зато у меня к четвертому дню начал просыпаться арабский запас, уснувший в голове еще со времен наших уроков. Из списка я выудила Бейт Эд-Дин — Дом Религии (Ислама, конечно, но не мечеть) и Дейр эль Камар — Камар — Луна. Сейчас вот выяснила, что Дейр — монастырь. Поехали мы опять-таки в слепую.

WP_20141016_001

Кстати, про названия. Это как с именами. Ведь у мусульман много «динов» — Садриддин, Алладин и так далее и все они связаны с религией. Первый — центр религии, второй — бог религии. Тут главное первое слово перевести.

Еще накануне мы договорились с Али (который возил нас в Баальбек), что он отвезет нас смотреть кедры. Нам понравилось, что он немногословный, серьезный и в отличии от Мухамеда согласен ездить везде днем, а не ночами. Наутро Али уже стоял около нашего отеля, но суровости не было и в помине. Он бросился здороваться с нами за руку, потом мы уселись в машину, и он решил обучить нас всему ритуалу арабских приветствий, пришел в восторг, что мы знаем, что на Сабах ИльХейр (Утро Доброе), надо отвечать Сабах ИльНур (Утро Светлое), потом Кейфаль Хайль (Как дела?) Хорошо и так далее. Мы на все ответили и еще Лешка даже сказал Приятно увидеть тебя снова. Тут Али решил, что мы не совсем потерянные для общения люди, и что вчера мы просто придуривались, и остальную часть дороги болтал с нами по-арабски с переменным успехом. Он называл нам все города и населенные пункты, показал банановые плантации и страшно останавливался на поворотах серпантина, чтобы мы могли сфотографировать красивые виды. Несколько раз он порывался напоить нас свежевыжатым соком, который продавали по дороге.
Так мы добрались до Дейр эль Комара. Сейчас бы должна была быть длинная лекция о ливанских маронитах, о монастыре, о городе, который был резиденцией правителей Ливана, о войне между маронитами и друзами, в которой победили друзы и городишко был столицей друзов в середине 19 века (как потом выяснилось мы оказались в друзском районе Ливана), но я в этом еще и сама не разобралась, поэтому не смогу вам рассказать, в чем там дело.

WP_20141016_002

Единственно, мне понравилась легенда, которую я только что вычитала. В 15 веке Эмир друзов смотрел из своего замка на Дейр эль Камар и увидел свет. Он собрал солдат и приказал копать и искать, что могло быть причиной этого света. «Если вы найдете исламский символ стройте мечеть, если найдете христианский — церковь», — сказал им Эмир. Солдаты нашли камень с крестом, под ним символ Луны и Венеры. Обычный ливанский слоеный пирог из религий.

Вроде как на этом месте построили церковь, но сегодня рядом через дорогу там стоит и мечеть. Это очень по-ливански. Такая терпимость и взаимоуважение. В городе была еще и синагога, но сейчас она закрыта.

Мы топчемся на главной площади, потом покупаем связку сушеного инжира, пробуем все сладости, которые буквально запихивает нам рот молодой продавец сухофруктов. Али покупает у него печеньки для дочки и прихватывает несколько огромных грецких орехов в придачу, которые скармливает мне по дороге к машине. Мы проезжаем мимо малюсенькой крепости Муса, Лешка забраковал ее еще вчера вечером, когда читал про достопримечательности и едем в Бейт-ЭдДин. Мы даже не ожидали какой нас ждет там восторг.

Сахар для девочек

Мои бедуинские сокровищщща из пещеры Али-Бабы 🙂

WP_20141023_005

WP_20141023_003

извините за качество. Сама себя да еще на телефон — это не реклама Кортье ))

Вечер

Третий день нашего пребывания в Ливане подходит к концу. Мы сидим в кафешке на улице Хамра (Красная, почти что Красная площадь). Кафе не ливанское, а обычное с бумажными большими стаканчиками, как в Старбаксе.

WP_20141015_079

Тут неплохой интернет. Улица тоже совсем не ливанская, огромные сетевые магазины, широкий тротуар. Иногда сложно определить, в каком мы городе. Это если не смотреть на перекресток.

Перекресток тут совсем ливанский. Правила дорожного движения в Бейруте держатся на принципе: «Если нельзя, но очень хочется, то можно». Поэтому светофор здесь висит больше для красоты, чем для регулировки движения, а уж про стоп-линию и где остановится, чтобы пропустить едущих наперерез сограждан — это я вообще молчу. Машины кое-как проталкиваются сквозь узкое горлышко перекрестка, пропуская перебегающих дорогу пешеходов и, стараясь не обращать внимание на мопеды и мотоциклы, которые едут просто куда глаза глядят. При этом все тихо (не считая сигналов машин), никто не ругается, из машины не выскакивает, по капоту не стучит. Внезапно около кафе тормозит черный опель, из него выскакивает мужчина. Оказывается он увидел друга, который только что припарковался около ресторанчика. Мужчина ставит свою машину на аварийку и бежит целоваться с приятелем, к ним подходят еще люди, все обнимаются, целуются. Машины, которые встали за опелем сначала сигналят, но увидев, что тут такое дело, перестают и пускаются в объезд протискиваться между припаркованных машин. Сцена дружеской встречи растягивается минут на 10. Может, они и дольше бы стояли, но пошел дождь.

WP_20141015_080

В Бейруте можно привыкнуть ко всему, даже к мопедам, но к грому, который разрывает пространство, привыкнуть нельзя. Такого грома даже у нас в деревне не услышишь, а уж там чемпионское место по грозам. Тут же кажется, что сейчас не только потоки воды, но и все планеты со спутниками посыпятся тебе на голову.
Мы перебираемся внутрь кафе и думаем, как нам выбираться. Мухамед еще накануне вечером сказал, что будет дождь, но что это будет ерунда по сравнению с тем, что тут проливается зимой. Но, глядя на мостовую этого не скажешь. Там течет настоящая река. При этом обуви у нас запасной нет, и или надо бежать старым московским способом — босиком, или ждать окончания стихийного бедствия. Народ же реагирует спокойно, кто-то погрузился в машины и уехал, кто-то продолжает сидеть, даже на веранде и только голову вжимает в плечи при очередном громыхании. Я думаю, не пора ли уже озаботится постройкой ковчега или хотя бы поискать Ноя и выспросить его о наличии свободных мест. Лешка пытается дозвониться Мухамеду, чтобы он нас забрал, но в такую погоду таксисты нарасхват. Он еще вчера мечтал, чтобы пошел дождь и позволил ему подзаработать побольше. Интернет тут же вырубается.
Однако через час хляби небесные закрываются и мы идем домой, дыша влажным воздухом и перепрыгивая через лужи. Утром все высохло и уже не напоминало о вчерашнем.

Еще немного Баальбека

Итак, мы идем в маленький магазинчик около храмов. Это не сувенирная лавка. В Ливане сейчас с сувенирами туго, зато бедуинских украшений и всякого барахла. наш гид, который приятельствует с хозяином лавочки, называет все это пещерой Али-Бабы, они поят нас кофе и показывают сокровища. Все пыльное и свалено по кучкам. Я выуживаю бусики, Лешка разглядывает турки. В результате я ухожу с двумя бусами. Вторые бусы нам со слезами отдал продавец, потому что не хотел давать нам сдачу — 5 долларов. В Бейруте дядька в такой же лавочке просил за такую же красоту в три раза больше.
«Уникальная бедуинская работа», — причитает хозяин. «Вы больше нигде не найдете таких же бус, они единственные. Отдаю, потому что совсем нет работы». Думаю, уникальность бус состоит в том, что бедуины не могут два раза сделать одно и то же из чистого разгильдяйства, или им просто скучно.

WP_20141015_055

Мы выспашиваем, где можно пообедать и идем будить Али. Тут хозяин лавочки решает воспользоваться моментом. Русские тут нечастые гости, и уж если мы отказались покупать у него 2000 рублей, которыми он разжился по случаю, он решает с нашей помощью вывести на чистую воду своего дружбана. «А вот скажите мне, он хорошо говорит по-русски?» — тыкает он пальцев в нашего гида. «Да», — чистосердечно признаемся мы. «Да ладно!» не верит тот. «Вот! Я же тебе говорил, я знаю русский!» — торжествует наш новый знакомый. Он странно напоминает мне Паганеля из Жуля Верна. Трогательный, умный, интеллигентный. Что он тут делает?
Мы будим Али и едем в рекомендованный ресторан «Аджали». Странно, но Али его знает. Наверное, он тут часто бывает.

WP_20141015_056

«Аджали» — небольшое кафе, столы покрыты зеленой клеенкой, простые стулья, чисто. Хозяева — три деда. Так вот, скажу я вам, обойдете МГУ, ЛГУ и пол РАН, а не найдете дедов такого профессорского вида, как эти. Безупречные манеры, французский, умные глаза. Я прям уже полезла в сумочку зачетку искать.

WP_20141015_059

Али соглашается с нами пообедать, но только с третьего раза. Это потом мы вспоминаем уроки арабского и ритуал вежливости — три раза предложи, три раза откажись. Потом можно и поесть. Наевшись, я смелею и собираюсь походить по городу, купить что-нибудь на память. «Я в шортах, ты без рукавов! Лезь машину», — говорит Лешка. «И убери фотоаппарат». И правда, чей-то я. Поехали домой, еще не поздно, и вечером мы еще можем пофланировать по набережной Бейрута.

WP_20141015_061

WP_20141015_062