детское лакомство

Все знают, что у нас в Москве — бордюры и подъезды, а в Питере — поребрики и парадные, но вот есть еще одно слово, которое отличает Питер и Москву, точнее Ленинград и Москву, ленинградских военных детей от московских. Это слово жмых. Точнее у нас это жмых, а в Ленинграде — дуранда. Детское лакомство 1940-х. Когда мой отец слышит слово жмых, он начинает улыбаться. Они раньше собирались: отец, его сестра тетя Валя, моя тетя Лена и вспоминали, как в войну получали жмых — остатки от переработки подсолнечных семечек, сваленный, слипшийся черный комочек подсолнечной шелухи и чего-то еще, липкого, как хранился этот комочек в кармане, и к нему прилипали крошки, пыль и всякая детская карманная всячина. Они улыбались, мы так о пастиле не говорим, как они про этот жмых разговаривали. А вот в голодном блокадном Ленинграде эти комочки шелухи назывались дуранда, и в рассказах людей, переживших блокаду та же радость, они улыбаются этими детскими улыбками, вспоминая свое лакомство. Они даже говорят эти слова с одинаковыми интонациями, непередаваемыми. Это не передающаяся по наследству интонация, мы никогда не сможем так сказать ни одно слово, потому что у нас не было в кармашках слипшегося комочка из подсолнечных семечек, который можно просто сжать в кулачок и уже становится немножко сытнее. Мы никогда не имели только этот комочек, и до вечера — ничего.

Автор: madiken

Москва-Старица и немного Валенсии

детское лакомство: 25 комментариев

    1. Что-то не очень я поняла, в чем заключается ответ. Пока до меня дошло только то, что наши бы разрушили город быстрее, чем немцы, и что вопрос поставлен некорректно. Потом еще перечитаю.

      Нравится

      1. Перечитай. 🙂 Это не совсем простой текст. Ну конечно сами бы взорвали и уничтожили. Но там так же и о том, что город могли бы снабжать лучше продовольствием. Доставить продукты из США была куда более сложной задачей (4500-5000 морских миль), чем через Ладожское озеро (до 55 миль).

        Нравится

      2. Как всегда, я свою сестренку Лиду никому не дам в обиду, а потом убиваем своими же руками. Вот поэтому и шуму столько с этим вопросом, что такие вот факты всплывают!

        Нравится

    1. Спасибо, Валя. Я как раз сейчас смотрю все, что найду. На удивление много сегодняшних неплохих документальных фильмов.

      Нравится

      1. Да, я тоже много чего посмотрела. Нормальных людей, со здоровой памятью всё же много.

        Нравится

  1. Ты кстати вспомни, что выяснилось при разборке гостиницы «Москва» ! Она же была заминирована. При грандиозном взрыве была бы разрушена гостиница. Боюсь про людей не думали вообще.

    Нравится

  2. И слава Богу, и предкам спасибо, что мы не знаем и не можем так. За то и бойня была, чтобы не знали.

    Нравится

  3. Вообще избегаю смотреть и читать что-либо о Блокаде. В начале 90-х годов я работала с архивами нашего музея. Были огромные тома печатных на машинке листов — воспоминаний наших горожан о пребывании в концлагерях и Блокаде. Вперемежку. Помню, что сначала я плакала, а потом, простите, меня долго рвало от ужаса. С той поры — нет, не могу…

    Нравится

    1. И ведь это до сих пор во многих случаях непережитое горе. Ведь помощи психологической не было. Только вот вместе собраться и поплакать, а если что-то ужасное было, то и не вспоминали, хранили в себе невыплаканным. Столько дневников сожжено, чтобы чужие, да и свои чтобы не прочитали.

      Нравится

      1. Помню, что воспоминания, с которыми я работала, были собраны в начале 50-х годов. Т.е. когда все воспоминания были живы, и люди молоды, и сама Победа еще не отмечалась широко. Просто собраны кем-то когда-то. Я поняла, почему про войну в нашей семье не вспоминали. Никогда. Достаточно того, что недавно я узнала, как моего деда расстреливали свои. Он уцелел чудом. В некоторых архивах он значится «погибшим»…

        Нравится

      2. Вот этой правды и бояться. Того, что свои убивали больше. Я недавно с ужасом читала воспоминания разведчиков, скольких они должны были убирать. Мы сами себе враги, вот что страшно. Поэтому и вопросы про войну всегда такие заряженные. Иногда даже выговорить страшно, что люди пережили. И как долго они молчали, без помощи, без поддержки, без понимания и прощения.

        Нравится

      3. Я не знаю, что считать «правдой о войне». Там все перемешано, в пыль какую-то, и отделить «хорошее» и «плохое» невозможно. Вообще этими категориями о войне говорить бесполезно. Недавно обнаружила в одном из интернет-архивов наградной лист на своего деда. С описанием подвига, о котором он никому не рассказывал. Это уже после расстрела было…

        Нравится

      4. наверное, там все правда. Она же субъективная. и плохое и хорошее было, просто не все вспомнишь, а уж тем более не все расскажешь.

        Нравится

  4. Мне учительница рассказывала, что они голодали (жили не в Ленинграде) и их самое любимое лакомство был «вар». Я помню мне тогда так хотелось его попробовать,а когда мама мне рассказала,что это такое-расхотела и ужаснулась,как дети это могли есть.

    Нравится

  5. Мне бабушка то же самое про жмых рассказывала. Харьков, 30-е. Кажецца, это больше про эпоху, чем про войну. Голода не было всего-то последние полвека, что ли…

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s