Государство и искусство имажинистов

Я решила немного разбавить анархические взгляды на Красную Площадь и идолопоклонство имажинистскими взглядами на искусство. В той же газете «Жизнь и творчество русской молодежи». 1919, но за номером 28-29 есть интересная статья Вадима Шершеневича. Кстати, примерно в это время, летом 1919 г. имажинисты вошли в состав редакции этой газеты.
Когда издавали Шершеневича в 90-х или 2000-х, статью упомянули, даже напечатали, но скорее процитировали. Из статьи убрали самую умную часть, а оставили только агитационно-прокламационную. Умные имажинисты не нужны даже сейчас, а умный Шершеневич тем более. Но я считаю, что пусть эта статья будет целиком, и если кому-то понадобиться найти ее в интернете, он найдет.
Многие фразы актуальны и сейчас, они о свободе слова, свободе печати и свободе литературы. Уже в 1924 Осип Брик в журнале «Журналист» будет писать, что нет ничего зазорного, что поэты исполняют госзаказ. Будет писать это про рекламу, работу в рекламе Маяковского и Асеева, но распространиться госзаказ на всю литературу.

Итак, Вадим Шершеневич «Искусство и Государство». 1919 год.:

Мы переживаем тяжелую эпоху искусства. Искусство сковано и убито слишком большим вниманием к нему государства.

В то время, как государство добилось отделения церкви от государства, отделение от государства искусства – еще вопрос будущего.

Искусство не может свободно развиваться в рамках государства. Государство вообще есть тот шаблон земного шара, от которого не хватает смелости избавиться.

Если уже даже люди наиболее несвободные существа – поняли, что государство пережиток, слепая кишка современности, то как было не почувствовать этого искусству, самому свободному проявлению души и мозга?!

В чем же выражается дурное влияние государства на искусство?

Прежде всего в том, что государству нужно для своих целей искусство совершенно определенного порядка, и оно поддерживает только то искусство, которое служит ему хорошей ширмой. Все остальные течения искусства запираются.

Государству нужно не искусство исканий, а искусство пропаганды. И вот мы видим, что государство поддерживает всяких демьянов бедных и так называемых «пролетарских поэтов», которые не несут никаких новых завоеваний ни в области формы, ни в области идеологии. Они просто не умеют писать и переповторяют старенькими виршами азбуку социализма. Но разве это дело искусства? В чем же тогда разница между стихами и фельетоном газеты?!

Однако, государство и не может не поддерживать именно это тенденциозное искусство, так как для целей государства только оно и нужно.

Я далек от мысли предполагать, что только борьбой различных поэтических течений создается искусство исканий. Нет! Это борьба, это Учредительное Собрание всех школ только парализует искусство.

Но как только искусство будет отделено от государства, одно из течений возьмет в свои руки власть и будет диктатором пока его не свергнут. И в этот период диктатуры, пока остальные школы будут напрягать свои силы для свержения диктатуры, это диктаторское течение будет свободно творить.

— Вот этой опасности государства для искусства и не учел ныне благополучно гибнущий футуризм, оплеванный государством. Он напрягает последние силу для того, чтобы получить признание от государства.

А сейчас начинается та часть, которую уже давно можно найти в книгах и интернете.

Мы, имажинисты, — группа анархического искусства — с самого начала не заигрывали со слоновой нежностью … с термином, что мы пролетарское творчество, не становились на задние лапки перед государством.
Государство нас не признает — и слава Богу!
Мы открыто кидаем свой лозунг: Долой государство! Да здравствует отделение государства от искусства.
Наши следующие лозунги:
Да здравствует диктатура имажинизма!
Долой критику,
эту гадалку-спекулянтку от искусства. Она не нужна ни творцам, ни читателям.
Поэзия — не вдохновение, а ремесло и почетна именно как трудное мастерство ремесла. Мы отрицаем вдохновение и интуицию. Мы признаем ремесло и знание.
Мы считаем, что поэзия должна быть урбанистической, т.е. городской, но наш урбанизм — это не писание о городе, а писание по-городскому.
Высший динамизм — в уничтожении глагола, который приковывает все к определенному времени. И если мы еще допускаем глаголы, то в наиболее нейтральном виде: в неопределенном наклонении. Вообще грамматику следует или забыть, или реформировать. Мы изобрели, напр., причастия будущего времени («придущий», т.е. тот, который придет). Мы уничтожаем постепенно существительные типа прилагательных, как «голубизна», «коричневость», заменяя их существительными чистого вида: «голубь», «коричь» (или «коричнь»).
Мы не боремся с прошлым искусством не потому, что считаем его нужным, а просто потому, что у нас нет времени сражаться с ветряными мельницами.
Нашей главной базой является утверждение, что единственным материалом поэзии является образ, причем образ вовсе не должен быть похож. Образ «звёзды — крупа» гораздо хуже образа «гонококки звезд», потому что похожесть в образе, как и в портрете, это недостаток.
Мы реалисты и забываем благородно о романтике, мистике, духовности.
До нас % образов в стихе бывал 4, 5, редко 10. Мы требуем, чтоб образов было столько, сколько строк, т.е. 100% образов.
Мы требуем полного разделения искусства (дифференциации). Поэтому мы выкидываем из поэзии звучность (музыка), описание (живопись), прекрасные и точные мысли (логика), душевные переживания (психология) и т.д.
Нас еще немного. Нас, поэтов-имажинистов, подписавших первую декларацию имажинизма, было четверо: я — Вадим Шершеневич, Сергей Есенин, Анатолий Мариенгоф, Рюрик Ивнев. Ивнев уже погиб (жертва государственного приличия). Его место с лихвою занято: Александром Кусиковым, Николаем Эрдманом, Иваном Старцевым, Сергеем Спасским. Около нас Лев Моносзон и Сергей Третьяков. Под наши знамена — анархического имажинизма — мы зовем всю молодежь, сильную и бодрую. К нам, к нам, к нам!

Согласитесь, первая часть сильнее второй… и понятнее.

Автор: madiken

Москва-Старица и немного Валенсии

Государство и искусство имажинистов: 15 комментариев

    1. Ира, знаешь, я не знаю. Этого нет нигде. Он родился в 1892 в Кулдиге, в Латвии, учился в Риге. Отец — учитель. Потом перебрался в Москву, жил на Дальнем Востоке. Футурист. Расстрелян в 1937.

      Нравится

    1. я под большим впечатлением. В этой же газете его статья Лорелея ритма печаталась в нескольких номерах.

      Нравится

  1. «В контакте» случайно наткнулся на записи Льва Моносзона — его песни в сопровождении какого-то немецкого аркестра. Песни тоже на немецком. Его впринципе можно поискать и вне «контакты». Leo Monosson — лучше вот так.

    Нравится

  2. Кстати, напомните, пожалуйста: Вы находили ещё какую-то статью Мариенгофа… где? какой журнал / газета? Я потихоньку продолжаю собирать остальной материал. Если это собрание сочинений распродастся, будут печатать расширенную версию.

    Нравится

    1. Та же газета. Я Вам ее присылала 14 августа, если не найдете, напишите, я еще раз пошлю. Письма называются «Кафе»Калоша»

      Нравится

      1. Кафе «Калоша» — да, нашёл. А статья Мариенгофа «Изношенная Калоша» не попадалась?

        Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s