1757

Тут в основном события с фронтов Семилетней войны.
Октябрь — взятие Берлина австрийскими войсками.
Лето — Русская армия вступила в Восточную Пруссию. Август — Победа русских войск над прусскими при Гросс-Егерсдорфе. Ноябрь — Победа Фридриха над французами в битве при Росбахе.
5 декабря — Победа Фридриха II над австрийскими войсками Карла Лотарингского при Лейтене.
В этот год Китай закрыл все порты (кроме Кантона) для иностранной торговли. Фактории европейцев ликвидированы, въезд в Китай иностранцев запрещён.
А 28 ноября родился — Уильям Блейк, английский поэт и художник.

Интересно, но действие романа Ф.Купера «Последний из могикан» происходило как раз в 1757 году, собственно ее полное название «Последний из могикан, или Повествование о 1757 годе».

Григорий Сковорода пишет Первую песню, которая потом вошла в сборник «Сад божественных песен».
Ломоносов пишет «Гимн бороде»

Не роскошной я Венере,
Не уродливой Химере
В имнах жертву воздаю:
Я похвальну песнь пою
Волосам, от всех почтенным,
По груди распространенным,
Что под старость наших лет
Уважают наш совет.

Сумароков пишет эпиграмму «Ты туфли обругал, а их бояре носят…» Не поняла пока на кого это он написал.
Н.Н.Поповский пишет стихи к портрету М.Ломоносова. В этом же году в типографии Московского университета выходит первая часть «Собр. разных соч.» Ломоносова, а также поэма Попа «Опыт о человеке» в переводе Поповского. Также в 1757 году Ломоносов пишет «Предисловие о пользе книг церковных в российском языке», в котором излагает знаменитую теорию «трех штилей», и «Российскую грамматику».

Европа занята войной и в моей книге с английским контекстом за этот год ничего не обозначено.

Наш первый день рождения

Это я писала, чтобы в Лешкин день рождения запостить, но не успела. Поэтому сейчас.
Наверное, это продолжение вот этого рассказа. http://madiken-old.livejournal.com/338143.html

С днем рождения!

Мне совсем не хотелось идти на тот день рождения Олега. Все было предсказуемо и мне не нравилось. Меня выгнала мама. Сказала, что надо развеяться, отвлечься от экзаменов и выгулять свое выпускное платье, которое скоро станет мне мало. Я надела красное платье, которое мы с мамой сшили сами к моему выпускному вечеру и отправилась к Олегу. Звонить надо было не в квартиру, а в дверь длинного тамбура. Тогда Олег выруливал откуда-то справа и медленно шел по коридору к замку. Дверь тамбура открылась, и я увидела совсем не Олега. Вот на этом моменте я совсем ничего не помню, помню только вспышку какого-то света и Лешкино лицо. Я не ожидала его увидеть, потому что он был в армии, и мы с Олегом обсуждали это. Оказалось, что Олег ушел встречать других гостей, а Лешку оставил за хозяина и открывальщика дверей. Мы долго сидели в квартире втроем, потому что был еще Андрей, с которым мы долго дружили потом. Странно, но я помню очень мало. Помню, как мы смеялись, писали какие-то цитаты из Хармса на салфетках. По Лешке было совсем не похоже, что он только вернулся из армии. Это он сейчас тут же переходит на рассказы о заставе, а тогда мне казалось, что он только вернулся из Коктебеля, и не просто из Крыма, а того Волошинского Коктебеля, в котором я тогда мысленно жила: Цветаева, Волошин, весь водоворот Серебряного века. Мы уже договорились ехать в Коктебель этим летом, а пока таскали у Олега с полки книги со стихами и читали любимые.
Было какое-то немыслимое ощущение встречи, судьбы, что это не просто так, но думать не хотелось, хотелось кружиться в этом вечере и ни на кого не обращать внимание. Мне казалось, что мы знакомы давно-давно, и не просто встречались, как было на самом деле, а хорошо знаем друг друга.
Как у Джейн Остин: И не было на свете двух сердец — столь близких, двух Душ — столь похожих, столь созвучных между собой…
Джейн Остин я к тому моменту еще не прочитала, она появилась позже с сериалом «Гордость и предубеждение», но чувствовала я точно то же самое.
Конечно, я не помню ни еды, ни того, что мы пили и даже с трудом вспоминаю остальных гостей. Помню только огромную миску клубники, которую Олегу прислали с дачи. Ведь это был июль, самое московское клубничное время. Я ела свою клубнику и ту, которой кормил меня Лешка. Сейчас он рассказывает нашим девчонкам, что «мама у него клубнику с рук ела», и еще добавляет, что при этом я сидела у него на коленях. Вот это уже вранье.
Потом вечер закончился и всех девушек пошли провожать домой, я жила ближе всех, поэтому меня проводили первой. Тогда мы ни о чем не договорились, ни телефона, ни обещания, ничего. Я просто стояла у двери и смотрела вслед уходящей веселой компании. Я просто загадала, чтобы Лешка обернулся, и он обернулся.