Александр Блок

Когда умер Александр Блок, все, кто был близок литературе, почувствовали себя виноватыми…

«Да мы убили его, мы в с е убили его, чуткого, убили своей нечуткостью,» — писал Львов-Рогачевский, выпустивший тогда же книгу «Поэт-пророк».

Есенин в первые дни метался по Москве. Ворвался на вечер в пролетарский клуб «Кузница», кричал: «Это вы, пролетарские поэты, виновны в смерти Блока!»

Последний год Блок не жил, а как бы доживал. Делал все механически, присутствовал на собраниях, писал протоколы, приехал в мае в Москву…
Сейчас мало пишут об этом, но с 1918 года Блока у нас в стране травили. И это читается, надо только прочитать все заново. Конечно, были люди, которые понимали, что перед ними поэт, гениальный, талантливый. Ведь в 1910-е при слове поэт сразу представлялся Блок — кудри, бархатная синяя блуза, глаза, руки. Он был символом поэзии.
Наверное, поэтому его побоялись убрать открыто. Слишком велика была бы расплата, это вам не Гумилев, Гумилева все-таки не так любили. Но легко Блоку не жилось… Ему вообще не жилось…

1751

В литературе относительное спокойствие

По указу императрицы Елизаветы была издана тщательно исправленная церковно-славянская Библия, так называемая «Елизаветинская», текст которой был сверен с древним греческим переводом — Септуагинтой. Елизаветинскую Библию, почти без изменений, до сих пор употребляет Русская православная церковь.
1751 — Начало царствования Короля Швеции Адольфа-Фредерика.
1751 — Главой правительства Дании стал граф Бернсторф Старший.
1751 год — В Англии был введен новый (григорианский) календарь. Это сопровождалось переносом начала нового года с 25 марта па 1 января. Таким образом, 1751 год в Англии состоял только из 282 дней. Лорда Честерфильда, по инициативе которого была произведена календарная реформа в Англии, горожане преследовали криками: «Отдай нам наши три месяца». (Россия перешла на григорианский календарь в 1918 году.)
•05 Мая 1751 года. Португальский министр иностранных дел Sebastian Pombal ограничивает власть Инквизиции в Португалии, издав указ, по которому аутодафе не должно происходить без правительственного одобрения.
•01 Июля 1751 года. Напечатан первый том , изданный Дени Дидро и Жаном Лероном Д’Ааламбером. За 30 лет вышло 35 томов энциклопедии. Участие в составлении энциклопедии приняли самые выдающиеся представители века Просвещения: кроме издателей, это были Вольтер, Руссо, Монтескьё, Гельвеций и др. Кажется я ее в прошлом году записала…
•31 Июля 1751 года. Пожар в Стокгольме уничтожил 1,000 домов.
•24 Августа 1751 года. Thomas Colley казнен в Англии за то, что утопил предполагаемую ведьму.
•30 Августа 1751 года. Георг Фридрих Гендель заканчивает ораторию ‘Jephtha’.

В Англии — Первая публикация «Элегии, написанной на сельском кладбище» Томаса ГРЕЯ. Сентиментальная поэзия, предвестник романтизма. (У нас ее потом Жуковский переводил.)
И Тобиас Смоллетт опубликовал роман «Перегрин Пикль». (Я его читала как-то на юге. Он такой легкомысленный, этот Пикль! Хотя роман назван «роман-воспитание», а у нас он вышел в 1788 году под названием «Шалости человеческие»).

11 февраля было принято решение о напечатании од и других сочинений Ломоносова отдельной книгой. В июле 1751 года «Собрание разных сочинений в стихах и в прозе Михайла Ломоносова. Книга первая» было отпечатано в количестве 1325 экземпляров (тираж по тем временам просто огромный). Ломоносов пишет оды Петру Первому и небольшое стихотворение на спуск корабля.
В этом же году Сумароков пишет пьесу «Семира». Действие пьесы происходит в Киеве, в княжеском доме.

История одной мистификации. Продолжение

Если вы следили за тем, что я читала и писала в последние недели, то легко вспомните рассказ об одной мистификации. Поэт Сергей Бобров разыграл заслуженного мастера-пушкиноведа Н.Лернера, прислав ему «стихи А.С.Пушкина». Точнее продолжение стихотворения «Юдифь», которое сам Пушкин не закончил. В Ленинке я не нашла той статьи, в которой Лернер хвастается находкой, нашла только рецензию на нее, точнее возражение и заявление о том, что стихи «мнимые» А.Слонимского. А вот сейчас могу похвастаться сама, потому что anile_green прислала мне эту статью, которую нашла в Историчке. Наверное, Лернер сто лет назад так не прыгал, как прыгала я от счастья, что она у меня есть.

Так вот. Это было время пушкинских находок, и попыток разобрать и осмыслить его архив. В 1916 году В.Брюсов дописал за Пушкина «Египетские ночи», но это не было мистификацией. У Брюсова совсем другой характер, и он к себе и к своим стихам относился серьезно. Другое дело — Бобров. Как и Брюсов он дописал то, что не успел Пушкин и добавил к 30-строчному началу поэмы свои 100 (или даже больше, Лернер в статье не все опубликовал, а только отрывки, поэтому посчитать целиком я не смогла). Опять же это было время мистификаций — совсем недавно весь Петербург ломал голову над тем, кто скрывается под именем Черубины де Габриак.

Так вот

Так вот С.Бобров написал пушкинских строк, посвященных Юдифи, в три раза больше, чем сам Пушкин, чем, видимо, и сбил Лернера с пути истинного. Плюс он со знанием дела описал бумагу с водяными знаками 1834 года, почерк и гениально сфальсифицировал пушкинский поиск рифм и слов. Пушкиновед в восхищении.

«Здесь мы встречаем обычнее черты пушкинского первоначального поэтического труда. Одни образы явились сразу во всеоружии словесной мощи, и их выразительность и законченность таковы, что художник, наверное, не отказался бы от них и при последней шлифовке своей работы; другие еще туманны и малоопределены. Мы находим здесь и такую особенность, как «концы стихов» (выражение самого поэта в послании « К моей чернильнице»), т.е. одни только рифмы, без самих стихов».
Газета «Наш век» 4 мая 1918 год. Н.Лернер. «Новооткрытые стихи Пушкина. Окончание «Юдифи»».

Ну к делу, точнее к стихам. Вот Пушкинские (я уж целиком не стала писать, в интернете прочитаете, если интересно)

Когда Владыка Ассирийский
Народы казнию казнил
И Олоферн весь край Азийский
Его деснице покорил,-
(…)
И над тесниной торжествуя,
Как уж на страже, в тишине
Стоит белеясь Ветилуя
В недостижимой вышине.
Сатрап смутился, гнев жестокий
Его объял. Сзывает он
Совет….

А вот Боброва

(Сто)ить белеясь Ветилуя
В недостижимой вышине.
Сатрап смутился. Гнев жестокий
Его объял. Сзывает он
Вождей воинственных племен..
«Что за народ в стране нагорной
Навстречу не выходит мне?
Кто в сей твердыне непокорной?
Кто Царь, кто вождь у них в стране?»

И так далее, и так далее еще 100 строк.
Он же еще, жулик (просто Коровьев во плоти! :)), тему выбрал очень ко времени подходящую. Революция, бунт, девушка-герой. Прям то, что надо весной 1918 года. Маститый пушкиновед просто прыгал от счастья, и не жалел напыщенных слов.

В наше беспримерно печальное безвременье, когда враги топчут нашу несчастную родину, когда подавлено патриотическое чувство, и забыт Бог, — знаменательно звучит этот, донесшийся до нас сквозь ряд неблагоприятных случайностей, загробный голос великого поэта-патриота, который воспел великую народную героиню, — звучит и упреком, и ободрением. Вновь от низин, где мы барахтаемся, поднимает наши взоры excelsior к своей вышине, поэзия Пушкина, белоснежная Ветилуя нашего искусства «Божий дом» русского слова и духа.
Газета «Наш век» 4 мая 1918 год. Н.Лернер. «Новооткрытые стихи Пушкина. Окончание «Юдифи»».

И спасибо anile_green за подарок!