Илья Эренбург

Пытаюсь разобраться в истории кафе «Трилистник», я о ней уже писала, и тогда мне было трудно. То ли это недостаток информации, то ли умышленное замалчивание. И все упирается в личность Ильи Эренбурга. Ведь по косвенным признаками получается, что кафе-то принадлежало ему, как «Домино» Каменскому, «Стойло Пегаса» имажинистам. Но в его «Люди, годы, жизнь» об этом молчок, там только «мы с Маяковским, Толстым и Бальмонтом…». Да где это видано, чтобы Маяковский в этой комании разгуливал?! Вранье это все.
Недавно попалась мне статья Вадима Шершеневича — имажинист, друг Мариенгофа и Есенина, теоретик имажинизма, блестящий оратор и умница. Он разделил судьбу Мариенгофа — забвение, сценарии, театр, кино. Так вот в статье «Поэзия 1918 года», где Шершеневич приводит обзор множества авторов, хвалит Маяковского, Спасского, ехидничает над Северяниным, читаем такой текст:

«Совершенно недопустима книга Эренбурга «Молитва о России». Это сборник до тошноты истерических, я бы сказал, бабьих причитаний, причем многое — просто протокольный пересказ газетных передовиц — конспект событий. Тут и псевдо-народный стиль с декадентщиной и наигранные сцены о православных церквах, словом, «стихи на торжественный случай». Тут самое прелюбопытное комбинирование Маяковского с Некрасовым. Впечатление от книжки таково, что Эренбург ужасно боится: «Революция — а я не откликнулся». Впрочем, перечитывая с трудом и отвращением эту книжонку, вспоминаешь, что во времена оны пел Эренбург католических аббатов и средневековье, затем славил «греческого бога Диониса», потом пустился в интимизм. Будем надеяться, что и это стадия не последняя для переимчивого поэта, потому что все-таки маленькие способности у Эренбурга есть и жалко будет, если он так и погибнет в псевдореволюционном (или псевдоконтрреволюционном) патриотическом кликушестве».

Найдя текст «Молитвы о России», трудно с ним не согласиться:

Эх, настало время разгуляться,
Позабыть про давнюю печаль!
Резолюцию, декларацию
Жарь!
Послужи-ка нам, красавица!
Что не нравится?
Приласкаем, рядом не пройдём —
Можно и прикладом,
Можно и штыком!..
Да завоем во мгле
От этой, от вольной воли!..
О нашей родимой земле
Миром Господу помолимся.
(И.Эренбург. Молитва о России)

В 1931 Павел Коган (искусствовед, ох как не любил его умные, длинные лекции хозяин кафе «Домино») пишет о нем: «Свою поэтическую деятельность Эренбург начал как эстет и мистик, революцию 1917 встретил как антибольшевик, но уже к 1921 писатель ясно осознал разложение и гибель капиталистической культуры и признал неизбежную победу новой жизни.
За последнее время однако писатель стал больше понимать наше социалистическое строительство и начал разоблачать провокационную деятельность белой озверелой эмиграции».

Стал больше понимать, но своим не стал… но и не сел. А уж после романа «Оттепель», («Культ личности свергли — а я не отликнулся») которую он весьма своевременно в 1954 году опубликовал, он вообще сошел «за своего» и воспомнинания «Люди, годы, жизнь» съели и не подавились. И некому уже было разбираться, ходил он с Маяковским или выгонял его из кафе. Любил его Мейрхольд или презирал. Кто уж теперь вспомнит…

Автор: madiken

Москва-Старица и немного Валенсии

Илья Эренбург: 25 комментариев

  1. Эренбург при Сталине продвигал позитивный образ страны за рубежом и, в общем-то, не лакействовал.

    Нравится

    1. Живя в Париже, хорошо быть не лакеем. Другое дело «позитивный образ» чего он продвигал. Советского Союза — великого, могучего и нерушимого? Неужели искренне?

      Нравится

      1. Не надо забывать, что Эренбург — этот великий скептик, написавший «Похождения Хулио Хуленито», — создавал образ не империи, а страны, в 1917 году проложившей путь всему человечеству. Страны, разгромившей фашизм и, невзирая ни на что, сохраняющей некое непреходящее обаяние. Может быть, Эренбург как-то накачивал себя, я не знаю. Но нечто искреннее за его пропагандой, безусловно, стояло.

        Нравится

      2. Статьи про войну, написанные в 1941-1945. Вроде искренне, хотя пропагандистски, безусловно.

        Нравится

    2. Добавьте, пожалуйста — и негативный образ внешнего мира в своей стране. Ох бы он сейчас про проделки Госдепа в СССР России расписался!

      Нравится

      1. Да он бы про них и писать не стал. Он бы прославлял Путина и написал бы оду на вступление в ВТО.

        Нравится

      2. Не факт. А что мы сегодня имеем на, так сказать, поле Эренбурга? Неприкрытое лакейство. Яркий пример — письмо полусотни так называемых интеллигентов, поддержавших суд над Ходорковским; действие по принципу «падающего толкни».

        Нравится

  2. Занятно описала общение с Эренбургом в своих мемуарах Симона Синьорэ (Nostalgie n’est plus qu’elle etait). Она решилась посетить СССР как раз после подавления революции в Венгрии. Ее опекал Эренбург. Говорил он на устревшем французском языке (долго не имел живого общения с людьми). Симона полистала книги Эренбурга о Париже и удивленно спросила, типа, Вы такой умный человек, а что за хрень в Ваших книгах? Илья ответил, криво улыбнувшись: Мы, советские писатели — акробаты.

    Нравится

    1. Вот-вот. Уж не знаю, какой он писатель, а что акробат из него первосортный — это точно. Может, и писатель неплохой, но вот с мемуарами беда 🙂

      Нравится

      1. Надо бы и мне попытаться. Я только «Люди, жизнь» читала. Сложно читать, когда совсем не доверяешь автору.

        Нравится

      2. Зачем это читать? Есть на свете столько книг хороших! Кстати, Вы читали Чайна Мевилля? Великолепные идеи. Раскрутка. Немного нехватает по композиции и динамике сюжета. http://www.amazon.com/s/178-0356697-5318861?ie=UTF8&field-keywords=China%20Meville&index=blended&link_code=qs&sourceid=Mozilla-search&tag=mozilla-20 The City and the City — так больно читается. Разделение людей. Живут в одном городе, разделенном ментально, и не видят друг друга…

        Нравится

      3. Именно эта идея меня и останавливает от чтения Эренбурга 🙂 Ой, не читала. Надо попробовать, спасибо 🙂

        Нравится

  3. Надо какого-нибудь Лидина, Телешова, Осоргина полистать про то время. Может они про Трилистник вспомнят. Или Михаила Цетлина. Он еще в Зернах Эренбурга печатал.

    Нравится

    1. У Телешова нет, я искала. У Крандиевской что-то промелькнуло. Надо остальных полистать, спасибо. Даже у Зверева молчок, а уж он-то там часто читал. Зато Бунин последними словами ругает, вот вредный характер :)))

      Нравится

  4. В статье «Поэзия и революция. Александр Блок и Илья Эренбург» от 15 октября 1918. 1 публикация в «Камена. Журнал поэзии», Харьков, 1919. И о замалчивании. Я не смог найти полный текст этой статьи в рунете. Только на одном сайте — и только первую половину, про Блока. Поэтому привожу текст из своего сборника Волошина: «Эренбург — поэт пророческих видений, поэт гневного сарказма, циничный и стыдливый, грубый и нежный, жестокий и жалостливый, в своих религиозных исканиях всегда находящийся на грани разрыва с искусством вообще и только против воли остающийся в границах поэзии, которые всегда стремится переступить, почти презирая себя за то, что он ещё поэт. Он наделён безжалостно чётким видением действительности, которая постоянно прорывается и разверзается под его взглядом, он реалист и мистик подобно испанским поэтам — монахам высокого средневековья. … Апокалипсическое чувство действительности очень сильно в Эренбурге. Когда он жил эмигрантом на Монпарнасе, «пася стада угрюмых привидений», на помойной яме мирового города, его глаз научился различать пятна проказы под пошлым лаком европейской культуры, он научился молиться и глубоко проникся идеей, что жизнь и есть Ад — самый глубокий из кругов Преисподней. И когда судьба, после десятилетней эмиграции, которую он начал почти ребёнком, кинула его в Бэдлам освобождённой России, то действительность не показалась ему страшнее видений, как это часто бывает. И он не отступил перед ней. Невидимый дирижёр политических шабашей поставил его послухом и очевидцем всех безумий и неистовств Революции: он привёл его в Петербург в дни Июльского восстания и снова привёл его туда в Корниловские дним; он кинул его в октябрьскую Москву. И поэт сумел найти слова, грубые, страшные и равносильные тому, что он видел, и сплавить единым всепобеждающим чувством. Все стихи Эренбурга построены вокруг двух идей, ещё недавно столь захватанных и скомпрометированных, что вся русская интеллигенция сторонилась от них. Это идея Родины и идея Церкви. … И ни у кого из современных поэтов эти воскресающие слова не сказались с такой исступлённой и захватывающей силой, как у Эренбурга. Никто из русских поэтов не почувствовал с такой глубиной гибели родины, как этот Еврей, от рождения лишённый родины, которого старая Россия объявила политическим преступником, когда ему едва минуло 15 лет, который десять лет провёл среди морального и духовного распада русской эмиграции; никто из русских поэтов не почувствовал с такой полнотой идеи церкви, как этот Иудей, отошедший от Иудейства, много бродивший около католицизма и не связавший себя с православием. Да, очевидно, надо было быть совершенно лишё1нным родины и церкви, чтобы дать этим идеям в минуту гибели туц силу тоски и чувства, которых не нашлось у поэтов, пресыщенных ими. «Еврей не имеет права писать такие стихи», — пришлось мне однажды слышать восклицание по поводу этих поэм Эренбурга. И мне оно показалось высшей похвалой его поэзии. Да! — он не имел никакого права писать такие стихи о России, но он взял себе это право и осуществил его с такой силой, как никто из тех, кто был наделён всей полнотой прав». Дальше Волошин подробно разбирает «Молитвы о России». «Срединным произведением книги является поэма «Судный день», — то есть октябрьские дни в России». Я дам только стихи Эренбурга: Ещё многие руки — пусть слабые! — Сжимали невидимый ларь, Где хранилась честь Российской Державы. «Чего зря болтать!…ставь пулемёты! жарь!…» В Зимнем дворце, среди пошлой мебели, Среди царских портретов в чехлах, Пока вожди ещё бредили, В последний час, Бедные куцые девушки, В огромных шинелях, КОгда все предали, Умереть за нее хотели — За Россию. Кричала толпа: «Распни её!» Уж матросы забегали по лестницам: «Сучьи дети! ВСех перебьём! Ишь бабы! Экая нечисть заводится!..» А они перед смертью Ещё слышали колыханье победных знамён Ныне усопшей Родины… «Ей тащи девку! Разложим бедненькую!» На всех ватит! Чёрт с тобой! — «Это будет последний И решительный бой…» Пушки гремели. Свистели пули. Добивали раненых. Сжигали строения. Потом все стихло. Прости, Господи! Только краснела на заплёванных улицах Среди окурков и семячек Русская кровь.

    Нравится

    1. Волошин, конечно, романтик 🙂 Волошин по своей природе мистик, он склонен людей придумывать, мифологизировать. Он же придумал Черубину де Габриак. И о событиях он тоже знал понаслышке, так докатилось что-то в Коктебель. А про стихи я согласна с Шершеневичем: Маяковский плюс Некрасов. Здесь нет формы, нет поиска рифмы — голое содержание, ритмичная газетная статья.

      Нравится

      1. Согласен. Видно же, как идеализирует Эренбурга Волошин только за темы и основные ходы Эренбурга — церковь, родину, православность и патриотизм, такие близкие ему по духу. Попробуйте найти целиком. Я — не смог. И не только эту статью, ещё несколько статей Волошина 1918-1920 годов. Чему очень удивлён, конечно. Благодарю за помощь. Будем искать, вместе.

        Нравится

      2. А вот я не удивляюсь. Очень много статей, пьес и воспоминаний именно этого времени пропало. Кто-то надеялся на скорое падение советской власти и не стеснялся в высказываниях (как тот же Эренбург), а потом пришлось все это уничтожать. Кто-то наоборот был одухотворен воздухом свободы, отстутствием цензуры и поиском новых способой выражения своих взглядов, и когда прикрутили гайки пришлось и это изымать, терять и так далее. В воспоминаниях есть пьеса, а на деле пьесы нет.

        Нравится

      3. Да? Я с этим пока не сталкивался. Оно и понятно: не изучал этот период, слишком мало интересовался — особенно пьесами и литературой (я ей вообще не больно интересуюсь).

        Нравится

      4. Для меня это тоже полная неожиданность 🙂 Я литературой всегда интересовалась, но только той, которая на поверхности. А тут приспичило докопаться до истины, и не получается.

        Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s