сейчас

Я закопалась в Маяковском. Пока не приехали гости безостановочно читаю «Я» для меня мало» — книга шведского автора про него и про нас сто лет назад. Наверное, главным переживанием для него была — страсть. В этом на него чуть похожа Цветаева, тоже страсть, тоже любопытство, но ей не хватало азарта, а у него азарта было хоть отбавляй — не дал бы отбавить, все себе, все на карту.

Быть царем назначено мне —
твое личико
на солнечном золоте моих монет
велю народу:
вычекань!
А там,
где тундрой мир вылинял,
где с северным ветром ведет река торги, —
на цепь нацарапаю имя Лилино
и цепь исцелую во мраке каторги.

Вот такая любовь — личико на монетах и каторжная исцелованная цепь, прямо до дыр исцелованная, в ржавую пыль исцелованная.

А книга полна знакомых имен: Брики, Шкловский, Чуковский. Мне как будто 17, когда я прочивала горы и версты книг о Серебряном веке, о поэтах, о Москве. Я как со старыми знакомыми встретилась после долгой отлучки.

А когда устаю, пишу Лешке шпаргалки по арабскому и учу первую суру, уже четыре строчки выучила.