Еще женское

Вчера Леха окончательно заболел. Те, кто видел больного мужчину, поймет меня. На вас вдруг падает горячо любимое тело, которое значительно больше вашего по весу, при этом оно еще и капризничает, просит чаю, внимания, еще чаю, отказывается пить таблетки, просит чего-нибудь горяченького, чаю и внимания. Дальше больше, вы, как самый близкий человек, тоже заражаетесь, но это не считается, потому что разве может быть кто-нибудь больнее. Вчера я ехала за ним на Маяковку, злостно и непреднамеренно нарушая правила дорожного движения, апофеозом всего этого было то, что я стояла вторым рядом на аварийке на Миусской площади и умирая от страха ждала, когда Лешка позвонит мне от входа, чтобы я его подхватила.
Вечером разбираю я сумки, собираюсь запекать карельскую форельку, которую добыла по дороге и мечтаю, как завтра я буду отсыпаться, напившись аспирина и витаминок. Приходит отец, он собирается в отпуск и поэтому поводу накупил вкусностей, чтобы кормить ими своих сослуживцев, сумок много и они тяжелые.
— Зин, ты же завтра Леху на работу не везешь? — спрашивает он, глядя в мои мутные глаза.

Сегодня мы едем на «Сокол», пробки, пробки. Москва совершенно непригодна для передвижения на машине. На обратном пути мне надо заехать на проспект Мира отдать долг за старый лешкин офис, пробки, пробки.
Приехав домой я начинаю жаловаться на свои злоключения Наташке.
— Представляешь, — говорю я. — толкаюсь на Третьем кольце, включаю радио и мне заявляют: «Козероги, встряхните плечами, сегодня найдется немало охотников покататься на вашей шее».
В дверях появляется Леха: «Ээээ, я насчет покататься на твоей шее.» — «Да?» — «Я — первый.»
На мое возмущенное пыхтение он отвечает: «А ты разве не помнишь, как тетенька 20 лет назад спросила тебя: «Согласны ли Вы возить этого мужчину на своей шее?» Странно, что ты забыла.»
У Лехи талант, он всегда называет вещи своими именами.