Пожар

Рождество в Фрейбурге. 1905 год начинается. Иван Владимирович Цветаев приехал в Европу к больной жене и Марине с Асей на праздники. Вдруг телеграмма из Москвы. «Музей горит»

Марина Цветаева: » Отец молча передает матери. Помню ее задохнувшийся, захлебнувшийся голос, без слова, кажется: «А-ах!» умиротворяющее, смиренное, бесконечно-разбитое: «Ничего. Даст Бог. Как-нибудь». И его безмолвные слезы, от которых мы с Асей, никогда не видевшие его плачущим, в каком-то ужасе отвернулись.»

Телеграмма была сгоряча, первая, и поэтому такая лаконично-страшная. Потом были другие, спокойнее. Люди убеждали Цветаева не приезжать, не волноваться и надеяться на лучшее. Последним было письмо от Р.И.Клейна, обстоятельное и примиряющее. «Передать Вам не могу о всем случившимся. Вот как было: — в ночь с 19 на 20 декабря, в 12.30 мне сообщили, что леса музея горят. Немедленно я отправился на постройку, я видел языки пламени из окон залы антиквария.» Пожарный отряд во главе с пьяным брандмейстером Тверской части поливали фасад водой. Клейну пришлось вызвать еще отряды, а самому наблюдать происходящее. Пожар пугал еще и потому, что залы музея были полны уже привезенными экспонатами. Московский Университет был завален коробками для музея, и уже отказывался брать все прибывающие посылки. Тогда было решено складывать их в недостроенных залах музея. Сейчас эти коробки тлели «и пожарные, не церемонясь, пробивали ломами насквозь ящики и таким образом громили все содержимое.» «Меня отчаяние охватывало до слез,» — писал Р.Клейн. На улице было 27 градусов мороза, и поэтому вода, которой тушили пожар замерзла в «общую ледяную массу» вместе со штукатуркой, гипсом и попорченной бронзой.

«Хладнокровнее всех, — пишет далее Р.И.Клейн. — как мне показалось, отнесся к случившемуся Юрий Степанович (Нечаев-Мальцев), который в данное время в Москве, он успокаивал меня, говоря, что убытки небольшие и ограничатся суммою не более 25 000 рублей.»

В конце января Цветаев писал Клейну: «При разборе пепла от ящиков и соломы, надо употреблять решета, чтобы не выкидывать мелких вещей: хирургических интструментов и других предметов бытовой жизни. Некоторые из них очень небольшого размера. (…) Сам я очень ослаб, все плачу, к заботам жены. Врач не спускает ее с постели. Из-за положения жены должен прожить здесь до 15-16 числа. Нуждаюсь в укреплении сам, говорю Вам: мужайтесь!»

Залы после пожара восстановили и строительство продолжилось.

Фото из журнала


Вид на Волхонку. Справа сарай для обработки камня при Храме Христа Спасителя. и церковь Похвалы Пресвятой Богородицы в Башмакове


Вид на Кремль и Дом Пашкова. Видна церковь Николы Стрелецкого на Знаменке


и вид на Москву-реку

Автор: madiken

Москва-Старица и немного Валенсии

Пожар: 9 комментариев

  1. Нечаев-Мальцев чувствуется деловой человек был… А Цветаев -профессор, чувствительный нежный. нерешительный… А на крыше то как хорошо!

    Нравится

      1. Ваш журнал, потом Ирины, Дедушкина — самые мои любимые. Потому что я очень люблю Москву и все, что с ней связано. И сейчас понимаю, как мало я знаю.

        Нравится

      2. Как же не писать, пока пишется! Вот давно я не бывал в жж, сейчас заглянул — и сразу интересный материал. Это же замечательно! Присоединяюсь к предыдущему выступающему: один из самых любимых журналов — Ваш, Зина.

        Нравится

      3. Спасибо, Максим 🙂 Приятно получать такие комментарии. Вас давно не было видно, я скучала.

        Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s