Вот никогда бы не подумала :)

О, да вы — психолог.
image Вы видите людей насквозь и точно знаете, где у них кнопка. Манипуляторство — это ваш конек, впрочем, вы слишком великодушны, чтобы им злоупотреблять. Вам частенько приходится разруливать проблемы своих знакомых и быть для них жилеткой. Да, обычно вы доброжелательны и спокойны, но кто бы знал, чего вам это стоит!
Пройти тест

(no subject)

С Днем рождения! С Днем рождения, дорогая !!!
Пусть у тебя будет много цветов и поздравлений в этот день! Пусть грустные мысли не приходят в твою голову! Пусть мир вокруг тебя радует и удивляет! Улыбок, счастья, добра и света! И хорошей погоды!!!
Мадикен

22 июня

Давно это было. В 1990 году, наверное. Мы с друзьями случайно попали на творческий вечер Марка Розовского в Останкино. Он замечательный, Розовский. На вечере он и пел, ах как пел, душой, всем своим существом пел, и стихи читал. Мы потом почти все его спектакли У Никитских ворот посмотрели. Так вот на этом вечере пел он одну песню, мы потом ее долго помнили, точнее впечатление от нее помнили, а ее вспомнить не могли, фразы отдельные только.
Сегодня обсуждали еще один его спектакль и взялись песню вспоминать. Хорошо сейчас есть интернет, и замечательное сообщество «Забытое старое». (zabytoe_staroe) Спасибо кому-то кто мне подсказал, где искать (жалко, что анонимно). Жалко, что вы не услышите Розовского, но стихотворение вот оно. Это моя дань памяти всем жертвам Великой Отечественной войны.

Моисей Тейф
ВОЗЛЕ БУЛОЧНОЙ
НА УЛИЦЕ ГОРЬКОГО

Город пахнет свежестью
Ветреной и нежной.
Я иду по Горького
К площади Манежной.

Кихэлэх и зэмэлэх
Я увидел в булочной
И стою растерянный
В суматохе уличной.

Все,
Все,
Все,

Все дети любят сладости.
Ради звонкой радости
В мирный вечер будничный
Кихэлэх и зэмэлэх
Покупайте в булочной!

Подбегает девочка,
Спрашивает тихо:
— Что такое зэмэлэх?
Что такое кихэлэх?

Объясняю девочке
Этих слов значенье:
Кихэлэх и зэмэлэх —
Вкусное печенье,

И любил когда-то
Есть печенье это
Мальчик мой, сожженный
В гитлеровском гетто.

Все,
Все,
Все,

Все дети любят сладости.
Ради звонкой радости
В мирный вечер будничный
Кихэлэх и зэмэлэх
Покупайте в булочной.

Я стою, и слышится
Сына голос тихий:
— Ой, купи сегодня
Зэмэлэх и кихэлэх…

Где же ты, мой мальчик,
Сладкоежка, где ты?
Полыхают маки
Там, где было гетто.

Полыхают маки
На горючих землях…
Покупайте детям
Кихэлэх и зэмэлэх!

Все,
Все,
Все,

Все дети любят сладости.
Ради звонкой радости
В мирный вечер будничный
Кихэлэх и зэмэлэх
Покупайте в булочной!

Перевод Ю. Мориц

Пляжные истории

Сидим на пляже. Слышу истошные детские крики: «О!О!О! Мамочка, мамочка! Ой!» и так далее. Присматриваюсь. В двух шагах от берега «плывет» маленький мальчонка и вопит. Думаю, «Где же эта мамочкая. Что же ребенок так мается? Надо же так вопить? Где родители в конце концов. Жалко же мальца.» Когда мальчонка подгребает поближе, я вижу, он не просто плывет, а плывет у папы на спине. Папа тихо-тихо, низенько к дну плывет, а у него не спине, обхватив папину шею ручонками истошно вопит сынок: «Ой! Ооооо! Мамочка, папочка, ой!!!» ну и так далее. Так и поплыли они дальше…

На соседнем шезлонге спит папа пятилетнего сынишки и мерно похрапывает, на полу рядышком стоит недопитый стакан с пивом. Папа в отпуске. Вдруг слышу: «Папа, ПАПА, проснись, пойдем со мной купаться. Ну не купаться, я поплаваю, а ты посмотришь. Нет, я с мамой не пойду, она будет говорить (изображает мамин писклявый голос): Не плавай далеко, выходи. Папа, ну папа же, ну пойдем со мной. Ты посидишь, посмотришь, а потом дальше спать пойдешь и будешь спать… ДОЛЬШЕ.» Папа победил, спит дальше.

На пляже появляется семейство папа, мама, сын и дочурка. Что-то тараторят по южному. Папа старается быть лояльным, любящим и внимательным. Мирит детей, следит за дочуркой, дает советы маме. Только уж что-то старается. Хватило папы ровно на минут 40, до тех пор пока сын не пихнул ногой стакан с пивом. «Да, я ж тебе сказал! Да я тебе сейчас стакан этот на голову надену, трах-тарарах-тах-тах.» Потом опять затишье и тихая семейная идилия.

Абхазия

Я вчера побывала в раю. Мы с девчонками ездили в Абхазию. Я была там лет 20 назад, помню, что красиво, но чтобы так. Я ехала на автобусе и просто чуть не плакала от окружающей красоты. Кипарисы, море, дома с галлереями на втором этаже, виноград, мандарины, эвкалипты. Даже не знаю, что именно так поражает, поражает все вместе и горы и море. Море, как будто другое, ведь это тоже самое побережье, но в Сочи совсем другое море, цвет даже не такой бирюзово-лазурный.
Хотите легенду?
Бог раздавал людям землю. Каждый должен был придти и получить кусок полагающейся территории. Все получили и разошлись, и тут пришел абхазец, он опоздал. Бог удивился, как же ты мог опоздать, у меня не осталось ничего, даже пески я отдал бедуинам. «Прости, Боже, — ответил абхазец. — но ко мне пришел гость. Я накормил его, дал воды, вина, уложил его отдохнуть. Потому-то я и опоздал.» И тогда Бог сказал: «У меня не осталось земли для людей, но у меня есть кусочек рая, который я отдам тебе, потому что знаю, что ты пригласишь, накормишь, напоишь каждого, кто придет к тебе.» Так абхазец стал обладателем кусочка рая с лазурным морем, песчанными пляжами, огромным колличеством чистейших рек (а в некоторых из них есть золото — помните Золотое Руно Ясона?), гор, плодородной земли, на которой растет все, что не посадишь. И гостеприимство — это не просто черта характера, абхазец думает, что потеряет свою землю, если встретит гостя неподобающим образом.
Мы были в Пицунде. Сосны, которые привыкли пить соленую воду, стоят прямо на пляже, вода теплая-теплая, дельфины. Мы были на Голубом озере, на Рице. Ели форель. Мы были там час — сначала шел дождь, потом светило солнце, потом было пасмурно. Ехали над пропастью, ели мед. Я даже соблазнилась на баночку эвкалиптового меда, сказали, что он только в Абхазии и в Австралии есть.
А потом мы были в Новом Афоне, в монастыре, где икона Пантелеймона и его мощи, и такие фрески, что голова кругом идет. Он сейчас восстанавливается после войны. А во время войны там был госпиталь для раненных, и они уходили оттуда здоровыми.
Ну и в пещере, конечно, тоже были. За двадцать лет, что я там не была, сталактиты выросли на 2 сантиметра!! Я девчонкам наплела что-то про Морию, гномов и так далее, остальное экскурсовод рассказала, так музыка абхазская в пещере волшебно звучит.
Мы были в раю, я знаю. Мы дышали горным воздухом, мы спускались под гору. Наверное, я счастлива. Только вот чачу мне девчонки не дали попробовать, но сухое красное вино, с искандеровским именем «Чегем» я все-таки продегустировала!

Книги написанные и не очень

Девчонки пишут книги. Машка развалилась а диване и выводит большие черные буквы в тетрадке в клеточку. Наташка захватила мой ноутбук.
Потом они выгоняют меня из комнаты и читают друг другу написанное. Я могу только догадываться, о чем их книги по обрывкам разговоров. В клетчатой тетради кажется живет сказка про девочку Сашу и ее огроную таксу Зоди, а в ноутбуке повесть о детях и море, чайках и волнах.
Временами я пытаюсь вклиниться к ним с чтением «Мастера и Маргариты», и иногда мне это удается. «Олесю» Куприна они отвергли. Мне удалось дочитать до места, где Олеся нагадала себе несчастную любовь, позор и прочие неприятности, девчонки погрустнели, погрузились на целый вечер в книжку с девчачьими гадалками, узнали все про мальчишек-одноклассников, а потом решительно заявили, что грустных историй с них довольно («Ася» и «Первая любовь» Тургенева исчерпали их запас сострадания), и они согласны только на «Мастера и Маргириту», которую Наташка начала читать еще в Москве. Вот читаю теперь вслух про Воланда, мастера и Иешуа.

Дождь и яичница

Сегодня вышли из дома, идет дождь, идти надо. Происходит такой разговор:
Машка: Почему нельзя, чтобы шел дождь, но было солнце?
Я: Можно, это грибной дождь называется.
Наташка: А я люблю, когда солнце и дождя нет!
Я: Ну, если на то пошло я люблю, когда и солнца нет и дождя нет, самая погода для гуляний.
И тут я вспоминаю, что папа наш любит, когда просто дождь, как сейчас без солнца. И еще вспоминаю, что я это раньше называла правилом яичницы. У нас в семье никогда нельзя приготовить одну яичницу на всех на большой сковородке. Лешка любит, когда яичница с помидорами, зеленью и слегка недожаренная, Машка и Наташка — с беконом и без желтков, а я вообще омлет люблю. И никто никогда не согласиться съесть за компанию яичницу другого.

Джоанн Харрис

Дочитала «Ежевичное вино» Джоанн Харрис. Я ее вообще люблю — «Шоколад», «Блаженные шуты», моя самая любимая — «Пять четвертинок апельсина», и самое первое и поэтому тоже любимое — «Джентельмены и игроки». После нее хочется готовить вкусную еду, выращивать овощи, посадить огромный фруктовый сад и собирая по осени плоды, делать из них домашнее вино, варенье, тушить в них мясо. После нее начинаешь верить в волшебство и главное, в «будничное волшебство», которое живет с нами бок о бок. Начинаешь верить в то, что один в поле все-таки воин, и волшебник, и женщины — народ сильный, и отношения матери и дочери — это тайна и магия.

Страничка из дневника

8 июня 12.36

Сидим на море. Сохнем. Две мои красавицы решили, что купаться холодно и поэтому прыгали в одежде по волнорезу и вымокли, как кошки. Теперь одежда сушится на гальке, а они «греются» в купальниках на пляже.
На море шторм. Волны брызгами разбиваются о бетонный волнорез, а я сижу и думаю, почему надо было делать такие уродливые волнорезы…